Стрелок

– Ты позавтракаешь со мной?

Мужчина не двигался на своём месте, а только бесстрастно смотрел на меня, и я почувствовала, как румянец пополз вверх к моим щекам.

– Ты можешь не есть, я…

Почему я вообще решила, что он захочет поесть вместе со мной? Может у него были другие планы или он не ел то, что я привыкла готовить для нас с Домиником? Я вела себя так, будто мы были женаты по-настоящему, а не были обычными временными сожителями.

– Что это?

Себастьян сдвинулся с места и, подойдя ближе к столу, отодвинул стул со своей стороны.

– Что-то вроде наших панкейков, – попыталась объяснить я. – Только тоньше и нежнее.

Практически каждое утро мама готовила нам её фирменные блинчики, из-за которых мы с удовольствием поднимались со своей постели. Она использовала разные начинки, украшала их фруктами и топпингами на наше усмотрение, а затем следила за тем, как я, папа и Доминик поедали всё до последней крошки.

Мы всегда завтракали вместе, несмотря на то, как рано папа вставал, чтобы отправиться на работу.

– Ты была не обязана делать это.

Мужчина уселся на своё место и взял в руки приборы, которые я для него подготовила.

– Это элементарная забота.

Почему-то все вокруг решали, что я могла делать что-то не по своей воле. Мама меня такому не учила.

– Никто никогда не готовил для меня, – признался Себастьян, отрезая кусочек мягкого теста.

– Я могу готовить для тебя, – выпалила я.

Готовка стала моим вторым маленьким хобби, которое убивало одиночество в доме.

– Твой брат решит, что я заставил тебя.

Я пропустила смешок, наблюдая за тем, как мужчина медленно прожевывал свою еду.

Мама смотрела на папу также, когда он ел?

Мои веки опустились, и я сглотнула горечь, собравшуюся в горле.

Всё вокруг меня ассоциировалось с людьми, которых я потеряла, и эти мысли не давали мне покоя, возвращая в то время, когда я теряла последнюю надежду.

Сакраменто был поглощён воспоминаниями.

Я повернула голову в сторону и распахнула глаза, встречаясь с кучей цветов, которыми был заставлен наш холл. Видимо, отвращение явно проскользнуло на моём лице, потому что Себастьян спросил:

– Тебе не нравится здесь?

Я перевела своё внимание на него, замечая, что за время моих раздумий, он успел опустошить большую половину своей тарелки.