Феникс

Я бежал по коридору, крепко прижимая девочку к себе, но все мои надежды на её спасение начали улетучиваться, как только я заметил лестницу, каждый сантиметр которой был в огне.

Чёрт!

Я повернулся и побежал к другой, но она оказалась в точно таком же положении.

– Где мама и папа? – проглатывая слёзы, спросила Джулия, когда я нёс её обратно в детскую.

– Они вместе. Скоро мы все встретимся.

Я питал надежды на это.

Сестра несколько раз шмыгнула носом и я наклонился, чтобы заглянуть в её зелёные глаза в которых происходил самый настоящий лесной пожар.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала, – попросил я.

Она прикусила губу, пока слёзы беспрерывно скатывались по её щекам.

– Что угодно, – быстро кивая, ответила она.

Я забежал в её комнату, единственную комнату, чья горящая дверь была открыта, и посадил её на подоконник, а сам принялся открывать окно. Джулия затряслась, когда холодный воздух проник в комнату, и мы оба смогли глубоко вздохнуть.

– Мне нужно вернуться за родителями, Дорогая, – девочка судорожно кивала мне, соглашаясь со мной.

Она остолбенела, и её рот слегка приоткрылся, когда она медленно посмотрела вниз и увидела, насколько высоко мы находились.

– Так нужно, – уверил её я. – Другого выхода отсюда уже нет.

Каждая секунда, пока Джулия думала, была на счету, но я не торопил её.

Она была такой маленькой и хрупкой, что её тело могло расколоться при столкновении с землей. Она сломает несколько костей, я знал это, но это было лучше, чем сгореть здесь заживо.

Наконец она посмотрела на меня, её подбородок дрожал, но она решительно кивнула мне:

– Хорошо.

Малышка протянула мне руку, чтобы я аккуратно поднял её, а затем подвел к концу подоконника, но мой взгляд упал на её окровавленную ладонь.

– Ты обожглась, – выдохнул я.

Неужели я нёс её недостаточно аккуратно, и она успела пораниться? Но её руки всё время были на моей шее.

– Я хотела открыть дверь, – призналась она.

Я аккуратно поднял её вторую руку и повернул ладонь вверх. Она выглядела так же.

Мои собственные ладони начало щипать, как будто я испытывал её боль.

Моя маленькая девочка. Она не должна была столкнуться с этим.

– Иди, – она мягко оттолкнула меня от себя, поморщившись. – Не смотри.

Я сделал шаг назад, когда Джулия повернулась ко мне спиной и взялась за раму окна, растирая по ней свою кровь.

– Пожалуйста, – попросила она.