Цифрогелион

Так вот кого они обзывали «Обезьянером»… Давненько я его не встречал – стража в Северной Столице использовала только более тяжёлый вариант, где в качестве системы взведения использовались пружины. Пробивная способность у такой системы была ниже, но зато не нужно было зависеть от непредсказуемой «живой силы».

Я взял тяжёлый коломёт в руки. Обезьяна взводной системы, кажется, была жива – просто спала. Я постучал по стальной крышке, закрывающей её голову, и через секунду мышцы, тянущиеся из корпуса коломёта, в которое было замуровано то, что осталось от тела обезьяны, завибрировали от напряжения, силясь натянуть тетиву.

Но блокировка не позволяла ей этого сделать.

Я потянул на себя рычаг активации, и мощные пружины толчком расправили плечи арбалета. Поворот колеса блокировки освободил тетиву, и мышцы обезьяны моментально натянули её, по пути сдвинув заслонку магазина. Болт со щелчком выскочил в направляющий паз для стрельбы.

Я вынул из ложа коломёта магазин: девять из десяти болтов были на месте, а последний уже был заряжен для стрельбы.

Вставив магазин на место, я отложил оружие в сторону и поднял с пола свой плащ. Он был ещё грязнее, чем обычно, хотя казалось, куда бы… Надев кобуру со своим компактным коломётом, я накинул плащ, взял со стола дальнобойный коломёт и огляделся в поисках саквояжа… Разумеется, его тут не оказалось…

Чёрт, там все мои вещи: карточки с изображениями детективов, карты, записи, оборудование, даже смена носков и чистая рубашка (эта вся в крови)… Мне очень нужен мой саквояж…

Ладно, может быть, удастся его найти, пока буду выбираться отсюда.

Я подошёл к облезлой двери с резными узорами и осторожно её открыл, потянув за импровизированную ручку, смастерённую из куска медной проволоки. Скрипа избежать не удалось, но, кажется, он не привлёк внимания, так как за дверью было тихо…

Я вышел в коридор. Тут царила абсолютная темнота. Вдалеке мерцал тусклый свет, и я, не имея иных ориентиров, осторожно побрёл к источнику света, подняв арбалет на изготовку.

При жизни отец много времени уделял моей боевой подготовке, будучи уверенным, что я непременно стану выдающимся солдатом, а впоследствии и великим полководцем. Они вместе с капитаном Раджем гоняли меня наравне с остальной солдатнёй, а когда тренировка заканчивалась, и все уходили отдыхать – меня одного продолжали гонять и дальше.