Цифрогелион

Черепная коробка животного была вскрыта, и прямо в мозг, прикрытый прозрачной плёнкой, были воткнуты десятки проводов и шлангов. Я подошёл к пульту управления и дёрнул рычаг, над которым была табличка с выгравированным словом: «Активация». Один из шлангов дёрнулся, подавая стимулирующее вещество, и через мгновение мышцы животного стали судорожно сокращаться, приводя механизм в движение. Спокойное дыхание животного сменилось быстрым и тяжёлым, словно животное бежало.

Я покинул генераторную. Зал теперь был освещён куда ярче: огромная хрустальная люстра, висевшая под высоким потолком, сияла десятками мощных лампочек.

На стене прямо над лестницей висело масляное полотно в золочёной раме. На нём, в полный рост, был изображён статный мужчина с седой бородой, облачённый в губернаторский мундир. Губернатор Блад – мой отец…

Отведя взгляд, я резко развернулся и стал пробираться к подвалу. Разгребая ногами хлам, я буквально чувствовал на своём затылке взгляд отца, и мне как всегда стало стыдно за то, в какое состояние я привёл поместье…

Спустившись в подвал, я взял свой рабочий саквояж, и, не задерживаясь ни на минуту, поспешил убраться из дома…

– Куда теперь? – поинтересовался я у капитана, забираясь в экипаж.

– Тут недалеко, – неопределённо ответил Радж.

Радж не соврал – буквально через пять минут мы вышли из экипажа, в самом центре банковского района. Всегда чистые улицы, просторные квартиры, дорогие магазины и изысканные рестораны, большое количество хорошо обученных и вооружённых полицейских патрулей.

Мы оказались перед пятиэтажным домом бледно-розового цвета, с белыми гипсовыми узорами под окнами и такой же лепниной под крышей.

Войдя внутрь, Радж жестом приказал консьержу оставаться на месте и повёл меня прямо к лифтам. Войдя в лифт и закрыв решётку, капитан потянул рычаг, справа от которого располагалась цифра «три». Кабина дёрнулась, и мы медленно поплыли вверх под успокаивающее поскрипывание колёс, крутящих трос, соединяющий кабину с противовесом.

На третьем этаже было всего две квартиры, дверь в одну из которых была распахнута настежь.

Мы вошли внутрь. У входа стояло два полицейских в синей форме. Увидев капитана, они вытянулись по стойке смирно и почти синхронно отдали честь.

– Никаких происшествий? – поинтересовался у них капитан.

– Так точно, сэр! Абсолютно никаких, сэр! – лихо отрапортовал один из полицейских.