Лорды гор. Да здравствует король!

Как, наверное, ей тут тоскливо и страшно, и как, вероятно, скучен муж-старик, за которого она вышла замуж от безысходности.

И, конечно, я стала их выслеживать: вдруг этот лощеный Наэриль обидит мою бывшую кормилицу? Разницу между лордом и куда менее благородной женщиной, я прекрасно понимала. А потом уже наблюдала за ними из научного интереса: матушка же говорила мне обращать внимание на то, как мужчины ведут себя с женщинами, вот я и обращала.

Когда подлый Наэриль добился от Сильвии поцелуя, я решила вызвать его на дуэль, но тут меня выловил мастер Рагар.

– Вам никто не объяснял, ученик, что подсматривать и подслушивать – не благородно?

– А я и не благороден! – зашипела я, пытаясь освободить прищемленное ледяными пальцами ухо. – Вы прекрасно слышали, какими эпитетами наградил меня король Роберт. И потом, разве этот белобрысый хлыщ поступает благородно с чужой женой?

– Это дело взрослых. Я запрещаю вам следить за ними.

– Вы не имеете права запрещать мне, мастер Рагар.

Уйййй… мое второе ухо!

– Я ваш наставник везде и во всем, пока вы мой ученик.

После этого выслеживать я перестала. И не моя вина, что эти двое сами на меня нарывались!

Вот кто просил их припереться в хранилище шкур, когда я там спала? Почему уснула? А что еще там делать, в мягком и теплом ворохе? Почему там? Тихо, спокойно, никто не бродит. Ну да, я заметила совершенно случайно, что эта парочка уже два дня сюда после обеда шастает.

Как они вошли, я не заметила – уснула в тепле. Проснулась от их шепота, когда выползать из укрытия было уже поздно. Открыла глаза: горел свет от свечи. Ага, щель я соорудила правильно, можно даже не шевелиться – обзор великолепный. Чуть не выдала себя фырканьем, когда Наэриль, обнажив грудь моей бывшей кормилицы, припал к ней – младенчик выискался.

– Ох, мессир, – застонала Сильвия. – Если госпожа узнает… муж… пропаду ведь.

– Вейриэны не вмешиваются в дела лордов. А твоей госпоже немного осталось. И что тогда с тобой будет? В равнине тебя казнят, как приспешницу ведьмы. В горах без покровительства клана ты не проживешь и ночи. Бедная моя Сильвия… я увезу тебя в свой замок, будут у тебя и новые платья, и веселые балы… – говоря, он положил ее на шкуры, ослабил шнуровку на лифе и поднял юбки, обнажив ее ноги. И разделся сам.