И снова Колчина

Филипп втолкнул упирающуюся Колчину в свою спальню, а Маша с жадностью осматривала комнату мужчины, где ни разу не была. Но сосредоточить внимание на деталях не могла. Её разум задурманило, от запаха этого мужчины, которым полна была и его берлога.

– Ты еще хочешь?

– Чего? – Маша не понимая уставилась на мужчину, её брови сошлись на переносице, конечно, она прямо сейчас хочет, и готова упасть в его огромную кровать, как успела заметить краем глаза.

– Меня – тоном, словно это Маша предлагает ему себя, а не он, говорит Филипп.

– Да – смотря в его глаза, Маша покрывается красными пятнами от стыда, неужели она сказала это? Ужас! Но мозг не слушается её, и рот сам открывается и говорит за неё.

– Вы с Жаном натолкнули меня на идею создать балет, где будут задействованы люди всех возрастов. Мы возьмем танцоров не только с моего театра, но и детей из моей школы. А так же найдем, престарелых активно танцующих женщин и мужчин, у меня уже есть идеи. И ты, можно сказать, стала моей музой.

– Я? – Мари поплыла, от радости, что она сыграла роль в идее создания балета.

– Так, что тебе придется перейти на другой уровень. – Филипп склонился над ней.

– С Вами тоже придется учить ваш номер? Как с Жаном?

– Почти!

– А что мне нужно будет делать?

– Быть моим вдохновением, Музой.

– Оооо – только смогла выдавить из себя девушка, она громко и нервно дышала, а когда Филипп наклонился и поцеловал её, казалось она на грани потерять сознание. Если бы не руки Бланше, она бы стекла по стенке вниз.

– Ты согласна?

Конечно, она согласна, на все согласна, хоть сейчас можно начинать.

– А если у меня не получится?

– Я помогу.

– Хорошо. Я, попробую.

– Сначала я попробую. – И Филипп снова поцеловал её так же как вчера вечером в ванной, только еще более смело, и уже как свою собственность, без стеснения и робости.

Маша готова была уже броситься в его объятия и отдаться Бланше, но оказывается, чтобы стать настоящей музой, нужно выполнить некоторые условия, которые ей после их страстного поцелуя озвучил хореограф.

В понедельник с утра Маша стояла в кабинете гинеколога. Это было главным условием Бланше, он хотел знать, что ему не грозят венерические болезни. Знал бы он, что Маша уже три года не имела сексуальных отношений, может быть и не отправил её сюда? Хотя ему это знать не нужно, он ведь думает, что она легкодоступная. А как она хотела? Если от одного его взгляда, готова раздеться перед ним.