Золотко и дракон, или Не зли ведьму

– Мне очень интересно, почему у нашей Лисички такая нестандартная реакция на… хм… обычных людей, – пробормотал Ренски, и в его голосе сквозило такое разочарование, а в сверкнувших глазах куратора Райза засветилась такая ирония, что я покраснела.

Но тут нам стало не до внутренних разборок.

Великолепная тройка отборных эволюцией самцов вошла в фойе в тот момент, когда двое телохранителей шоколадного репти выхватили лазерные пистолеты и наставили на начальника охраны, который поднял руку, чтобы отдать команду своим.

Чтобы было понятно, кто тут в фаворе: скорость света явно выше скорости пули, даже если это сверхзвуковая пушка. А охрана отеля оснащена куда как более скромным оружием. Конечно, когда речь о столь малых расстояниях, преимуществом в вооружении невозможно воспользоваться, и полегли бы все. Но доводить дело до горячей фазы чревато межрасовым конфликтом. И без того человечество весьма озлоблено против репти.

Все красиво так замерли, и именно в этот эпический момент на сцене появились новые действующие лица.

При виде гостей алые кончики игл репти раскалились добела. Он оскалился, еще два его телохранителя подняли оружие, но пока держали паузу.

Троица вновь прибывших сориентировалась мгновенно. Их на миг окутало невыносимое золотистое сияние, а когда интенсивность свечения спала (или мои глаза адаптировались), обнаружилось, что оружие из рук телохранителей исчезло, а сами они с непередаваемым изумлением таращатся на свои опустевшие конечности.

Мы со Снежкой тоже впали в шоковое состояние.

– Вот оно что… – пробормотал он и, плюнув на учебную методичку, щелкнул пультом и включил звук.

Вовремя.

– Добрый день, – передали камеры.

Голос у «золотого» оказался под стать – красивый баритон такого вибрирующего и в то же время бархатного тембра, что даже бравый полковник Ренски нервно сглотнул и поправил ворот гражданской рубашки. А мы со Снежкой растеклись, как сладкое пломбирное мороженое на солнцепеке.

– Что тут происходит? – вежливо поинтересовался гость.

– Ничего особенного, сэр, – к нему подлетел невесть откуда взявшийся администратор, толстенький мужчина под пятьдесят лет, сверкавший сладкой улыбкой масляных губ и залысинами. – Небольшое недоразумение, ваше сиятельнейшее… э-э… превосходительство. Оно уже урегулировано.