Лорды гор. Любовь и корона

Треугольное лицо и розовые, чувственные губки сердечком, длинная шея и покатые плечи. Тончайшая талия, которую обнимал вышитый каменьями пояс. Точёная ножка, выглядывавшая в бесстыдно высоком разрезе узкой фиолетовой юбки.

– Любимая дочь императора Севера, принцесса Эмерит, леди-протектор Северного предела, – представил незнакомку кронпринц Игинир.

Летта развернула плечи, поклонилась как равной и улыбнулась:

– Так вот она какая, сияющая драгоценность Севера.

Губы северянки дрогнули, обозначив лёгкую пренебрежительную усмешку:

– Так вот каковы воспетые в балладах золотые гардарунтские розы.

Летта призвала все силы, чтобы не дрогнуть под надменным взглядом этой… Снегурочки. Что бы ответила на её месте злючка Адель или ядовитая Агнесс? Уж они-то не стали бы терпеть такое вопиющее пренебрежение.

Нет, не буду им уподобляться. Это очередное испытание, напомнила себе Виолетта.

– Я тоже. – Её улыбка стала ироничной. – Впрочем, сложно ожидать горячего приёма на холодном Севере.

– Ого! Роза умеет выпускать шипы? – хохотнула Эмерит. – А я слышала, что младшие принцессы Гардарунта – никчёмные пустышки, в отличие от старших. Хочу предупредить, мой отец не любит пустышек.

– Никто не любит пустышек. – Летта держала улыбку, но придала ей оттенок насмешки. Если «сияющая драгоценность», как переводится Эмерит с языка ласхов, не дура, то должна понять, что равнинная принцесса не боится её угроз. Куда хуже, если бы Эмерит источала льстивую вежливость вместо вызова с открытым забралом.

– Наша гостья устала, сестра, – вмешался Игинир в начинавшееся противостояние.

– Я лишь хотела представить будущей императрице новых фрейлин. Никуда не годится, что у дамы столь высокого статуса лишь три фрейлины. Мы так спешили, брат!

И откуда только успели узнать о составе её свиты? – поразилась Летта.

– Завтра, – отрезал кронпринц.

Летта преисполнилась благодарности к нему, но демонстрировать чувства посчитала излишним. Не на глазах у Снегурочки.

Фрейлин та ей захотела представить, надо же, какая непрошеная любезность.

***

Дом оказался с секретом: под куполом, едва выступавшим над снегами, размещалось как минимум два этажа вниз. Летта, свято блюдя заповедь Роберта – «Будь внимательной, моя девочка.