Я остаюсь. Часть 1

– И что у нас с Борюсиком?

– Очередная жертва кастрации, – хихикнула Валя и под пристальным взглядом своей шефини покрылась румянцем.

– М-да! Борюсик. Не любит, видно, твоя хозяйка настоящих мужчин. А что наши кумушки, давно ушли?

– В пять.

– И что так рано?

– Так субботний шопинг! – заявила Валя, словно это святая традиция, и как можно было о ней забыть.

– Ясно, субботний шопинг. А ты что, не сними?

– Настроения нет, – грустно ответила девушка, создавая видимость работы.

– Снова поругалась со своим парнем?

– С чего вы взяли? – удивилась Валя проницательности своей начальницы.

– По салфеткам в урне, – понимающе улыбнулась Ира. – Не переживай, помиритесь.

– Не помиримся! – звонко отреагировала она. – С меня хватит. Достал уже!

– Тогда бросай. К чему так нервы переводить.

– Ага. Хорошо вам говорить, – вырвалось у Вали.

Она тут же пожалела о сказанном, и даже сжала губы, словно желая вернуть нелепую фразу, вылетевшую в порыве чувств, обратно.

Случайно выпорхнувшая фраза, словно ножом «резанула» Ирину, заставив остановиться. Сама не ожидая от себя подобной ранимости, она решила поскорей ретироваться. Не желая возвращаться в кабинет, Ирина направилась к выходу, с намерением поскорее покинуть клинику, чтобы юная подчиненная не заметила предательски накативших на глаза слез.

– До понедельника, – кинула через плечо Ирина практикантке, – И передай уборщице, чтобы закрыла мой кабинет, когда в нем уберется, – добавила она через плечо.

–Хорошо, Ирина Борисовна, – ответила девушка, вымещая свое чувство вины на салфетке, комкая и отрывая от нее мелкие части. – Простите, – привстав с кресла, тихо произнесла Валя.

Выйдя из клиники, Ирина только на крыльце осознала, что так и осталась в халате, и без сумки, что продолжала висеть на ручке шкафа в кабинете. Машинально запустив руку в глубокий карман халата, она с облегчением выдохнула, обнаружив в нем связку ключей, и направилась к своей машине.

Раз в неделю она проводила осмотр лошадей на конезаводе своего отца, и каждый раз, что говориться, «через не хочу». Отец помог ей открыть клинику, о которой она мечтала с самого детства. И теперь, не смотря на то, что финансовый долг был давно погашен, моральный долг дочери перед отцом висел на ее плечах тяжелым грузом.