Дар леса

 – Да младенчика посмотрите моего!

– Присмотрим, присмотрим! – засуетился старик и быстро навел порядок, посадив всхлипывающую жену сидеть и качать внука, а невестку убихаживать лекарку.

– Молись, жрец, – вздохнула после всех приготовлений знахарка. Кровь, со странными звуками вгрызающийся в тело нож, отводящий рваную плоть от кости, вскрики раненного периодически приходящего в себя, получающего еще глоток отвара и проваливающегося в блаженное беспамятство, все слилось в одну круговерть дикой усталости.

– Ворожеюшка, может еще что сделать можно? – заискивающе спросила мать полутрупа осторожно переложенного на лавку у печки. Она таинственно поводила бровями и незаметно кивнула на жреца стоящего на коленях и все еще молящегося.

– Силами человеческими ничего, – отрезала женщина, проверяя ребенка и прикладывая проснувшееся чадо к груди.

– Верно, теперь молитесь и в Храм утром идите, – подал голос жрец, опять странно блестя глазами на нее. – Сильна ты, Заря. Ты подумай еще раз.

– Не ведьма я, – привычно отмахнулась знахарка, нежно смотря на причмокивающего младенца. – И в Богов твоих не верю. Куда мне в жрицы.

– Подумай… – проскрипел севшим внезапно голосом Марий и торопливо встал. – Пойду в Храме помолюсь за его здоровье, – сказал он родителям раненного и пошел к выходу.

– Иди, иди, батюшка! – согласно закивала мать и чуть ли не вытолкала жреца прочь. – Уж мы то тут посидим тихохонько!

– Так что сделать то еще можно? – чуть успев закрыв дверь жадно спросила она у все еще кормящей сына лекарки.

– А с чего мне ради нарушившего Слово, старых Богов гневить просьбами? – лениво ответила Ворожея, отнимая у довольно засопевшего ребенка грудь. – Хозяин леса его отметил, неужели сами не видите? Что могла, сделала, остальное воля Богов. Старых или новых как ближе вам.

– Ведьма! – выкрикнула жена раненого и выбежала прочь рыдая.

– Отметил. – ссутулился хозяин дома и тяжело сел на лавку рядом. – За обиду твою, за глупость нашу. Не простишь его?

– Никого не прощу, – сжала губы женщина. – Сами виноваты.

– Прости, прости его! – начала заламывать руки старуха распластавшись перед ней. – Что хочешь сделаю!

На шум запищал младенец из люльки, и перекрывая ее слабый зов басовито заревел сын знахарки.