Выше солнца. Часть 2

– Будем! – стукнул Семён свой бокал о бокал Владимира. Залпом осушив тару, он с хрустом откусил нанизанный на вилку огурец, в то время, как его брат решил закусить колбаской.

– Так, что ты о Катьке думаешь? – продолжил разговор Владимир, разливая по второй.

– Думаю, что проблемы у нас будут с этой девахой.

– Да, и почему?

– Умная, больно. Не чета тётке, – произнёс гость, любуясь медовыми искорками в бокале.

– Не грей, – провоцировал его на выпивку председатель. Долго не думая, Семён осушил бокал.

– Я, думаю, она не смириться с нашей житухой.

– Да-а, Лариска иначе описывала мне свою племянницу – скромная, доверчивая. А приехала медной горы хозяйка. Ты в курсе, что она владелица собственного журнала?

– Нет. Да, когда бы я это узнал?

– А-а, – протянул Владимир, – то-то и оно! Ну, Лариска, ну удружила! Ну, ничего, и не таких ломали. Подстелю под парня. Понесёт, а там, и деваться ей некуда будет. Какая мать оставит своё дитя.

– И, под кого подложишь?

– Да, хоть, под Кирюху, – ответил бородач, продолжая подливать настойку.

– А, если откажется? Мягкотелый он какой-то. Вряд-ли ему по силам изнасиловать девку.

– А, мы ему поможем – замотивируем, так сказать: подержим его сестрёнку на заимке денёк другой – он и трахнет, на кого покажем.

– Будь по-твоему, – согласился собутыльник, выпив не чокаясь. Ну, что, когда наш благодетель соизволит на кабанчика поохотиться? Я уже приметил одну тропу, – перевёл Семён разговор в новое русло.

– Не будет охоты, – резко ответил Владимир, раскрасневшись от настойки. – Слили нашего благодетеля. Уволили за коррупцию, – наполнил он бокалы, неуверенной рукой, пролив несколько капель пойла на белую скатерть. И, тупо наблюдая за тем, как впитывая жидкость материя окрашивается в жёлтый цвет, снова проглотил обжигающий горло напиток.

– И, что, будешь налаживать отношения с новой властью?

– Попробую договориться.

– А, если не получиться?

– Тогда, по старой схеме.

– И, что, рука подымиться на деток малых? Ты меня начинаешь пугать.

– Не боись! – притянул к себе Владимир брата, обхватив за плечи. – Я, же, не фашист, какой-то. Сделаем всё вполне гуманно. Мы, с тобой, не просто родственники – мы подельники, – прошипел он в ухо Семёна. – Да, расслабься ты! – вернулся он в исходное положение, разжав свои объятия, – Ещё ничего не случилось. А, что закопано, то забыто.