Проклятый трон

Лиззи пальцем подцепила тонкую золотую цепочку на шее и предложила:

– Может, перейдем уже на «ты»?

Ральф рассмеялся, увлекательный у них разговор. Даже страх за сестру и друга спрятался где-то внутри. Ник, конечно, немного не в себе, но Алиану сможет защитить. Вот только кто защитит его от Алианы? Он перестал смеяться, но удержал на лице улыбку, чтобы не напугать Лиз очередной резкой переменой в настроении. Как шизофреник, ей-богу.

– Давай, – согласился он и подал ей руку. – Пошли на кухню? Ты ведь ничего не ела.

Я видел.

– Пойдем. – Она вложила пальцы в его ладонь, и Ральф поймал себя на мысли, что даже немного разочарован ее ответом. Куда девалась ее язвительность?

Они спустились по лестнице, нырнули в узкий коридор. Лиз была в тапочках и теперь едва доставала до его плеча, вызывая у него какое-то ненормальное желание прижать ее к стене и нависнуть сверху, чтобы видеть злость и желание в ее темных глазах.

– Надо же, – будто между делом заметила Лиз. – А я-то думала, ты только за тарелкой его высочества следил.

О чем же вы так увлеченно беседовали?

Ральф хмыкнул. Да… злость, желание и, пожалуй, страх. Не думает же она, что сможет безнаказанно дразнить его вечность?

– О боге, – просто ответил Бонк, наклонился к ее виску и прошептал: – Хочешь поговорить об этом?

– Нет. – Она забрала ладонь и аккуратно отстранилась. – Разговоры о боге не входят в перечень моих желаний. В отличие от тебя, Ральф… я точно знаю, чего не хочу.

Лиз вежливо улыбнулась и прошла в кухню.

Ральф поднял глаза к потолку, в хрустальной коридорной люстре мигнул свет. Хмыкнув, Бонк взлохматил волосы. Похоже, его «не хотел» юная госпожа Холд ему не простит, но, как ни странно, это нисколько не огорчало.

Ральф вошел следом и уселся на свое место, обнаружив недопитый кофе на столе и свои утерянные тапки под ним. Бонк молчал, Лиззи о чем-то переговаривалась с дворецким, время тянулось, как давно потерявшая вкус жевательная резинка во рту.

Кристос включил телевизор: на экране светловолосая дамочка в умопомрачительном пеньюаре жарила оладьи мужу – новоявленному фермеру.

Оладьями можно было убить, а фермер из бывшего клерка получился такой же, как и кухарка из светской львицы. Забавная комедия.

Бонк перевел взгляд на часы. Комедия забавная, а то, что Ника и Ани до сих пор нет, – отнюдь.

– Новая серия! – громко обрадовалась Лиз и покосилась на настенные часы.

Нервничает. Как и он.

– Да, юная госпожа, повтор дневного выпуска.