Проклятый трон

Никки заметил мое внимание, расправил плечи и недовольно спросил:

– Опять жалеешь меня, Ани?

– Нет, – покачала я головой.

– Нет? – Он хмыкнул. – Тогда что ты делаешь?

– Вспоминаю.

Он выгнул бровь, а я рассмеялась и повторила сказанные на Весеннем балу слова:

– Какой ты красивый.

Никки мотнул головой, отбрасывая несуществующую челку, улыбнулся и ответил:

– Спасибо.

Он взял меня за руку и привел в ванную. Я отпустила его ладонь и прошла к окну, закрыв деревянные ставни. Подняла с пола платье, отнесла его в спальню и бросила взгляд на свою кровать.

Космический корабль, черт возьми! Разве не должно мне быть больно или хоть сколько-нибудь неприятно?

Мне даже думать о том, что было, невыразимо сладко…

Я ненормальная?

У меня задрожали руки. Сначала отец, теперь сын. Что, если и это желание навязано чужой волей? Какая тьме разница? Они ведь оба Холды!

Темными лентами рванула в стороны тьма, я сцепила челюсти, возвращая силу.

Господи, Алиана, конечно, ты ненормальная! Но и Николас целитель.

Как можно было об этом забыть? Нечего сходить с ума, лучше идти и любить своего Никки. Пока он рядом.

Я кивнула самой себе и вернулась к Николасу, прямо встречая его обеспокоенный взгляд.

– До чего ты успела додуматься за эти долгие две минуты?

Никки стоял у наполненной до краев ванны и чего-то ждал. Меня.

– Страшно? – протянула я.

– Непредсказуемо, – поправил меня он. – Слишком много вероятностей.

– И какая максимальная?

– Не самая приятная, – серьезно ответил Никки.

 – Я рад, что ошибся.

Я фыркнула и прошла к раковине, закрыла сливное отверстие и набрала воды, намереваясь постирать рубашку. В зеркале увидела, как Николас погружается в воду, и забылась. Застыла, любуясь его телом и точными, скупыми движениями. Он лег в ванну, повернул голову и, разумеется, застукал меня за подглядыванием.

– Иди ко мне, – позвал меня он.

– Ну нет, у меня есть дела поважней. – Я улыбнулась и взяла в руки кусок мыла.

Никки, не отрываясь, смотрел на меня через зеркало.

Я же вместо того, чтобы как следует заняться делом, ловила его тяжелый пристальный взгляд в отражении, всерьез жалея, что не присоединилась к нему.

– М-да… – Я встряхнула мокрую рубашку, скептически оглядывая результаты своего труда.

– Оставь, – махнул рукой Никки. – На черном не видно. А дырку зашью утром.

Полезное место – армия. Интересно, Ральф тоже стал таким же хозяйственным?

Я кивнула и старательно развесила рубашку на батарее.