И жили они долго и счастливо

– Что это было, мистер Тук?

Охранник перекатил желваками, сел на койку и подтянул её ближе к себе, пытаясь говорить на ухо.

– Если что, то капитана я завалю. Пропадет. Будто за борт упал. С помощником-орком сложнее. А с гномом договоримся.

У Лиззи волосы почти встали дыбом.

– Вы с ума сошли? – так же шёпотом спросила она, садясь боком на край кровати, ослабевшие ноги отказывались держать, – Мы только пережили пиратов, а вы из-за какого то недоразумения…

Тук казался сейчас совсем незнакомым.

– Если он хоть шаг в сторону сделает, то сразу говорите мне, – горячее дыхание мужчины шевелило короткие прядки волос у самого уха, – Хоть намек.

Лизбет почувствовала себя неудобно. Если всю жизнь она могла прибежать к старому доброму Туку с поломанной куклой, лопнувшей рогаткой и какой-то каверзой, запросто кинувшись знакомому с пеленок слуге на шею, то теперь, она его стеснялась едва ли не больше чем капитана.

– Как ваше плечо, мистер Тук? – сменила она тему, – Может показать его доктору? Или позвать Саймонса для помощи?

– Не стоит, – Тук отстранился и неловко улыбнулся, – Единственное что я ненавижу сильнее наглых выскочек, это металлических болванов, которые машут острыми лезвиями у тебя около шеи. Я и одной левой могу побриться, одеться и поесть.

– Конечно, – ласково сказала девушка, – А вы больше не конфликтуйте. Я хочу долететь и вернуться. А здесь он власть. Дайте пару уроков, покричите на них, вам это нравится.

– Я кричу не потому что мне это нравится, а потому что я хочу чтобы вы могли выжить в любых условиях, – Реджиналь смотрел на Лизбет будто не незнакомого человека, – Вы сейчас пойдете к брату?

– Да, надо его успокоить, – Лизбет встала и посмотрела на него сверху вниз, – Вы идете?

– Я бы с вашего разрешения немного посидел, – попросил охранник, – Я… ээм…

– Конечно, конечно! – Лизбет подняла руки, – Вам надо отдыхать, дорогой мистер Тук.

Девушка вышла и мужчина услышал как хлопнула дверь гостевой каюты. Оттуда немедленно раздался взвинченный, нервный голос Джорджа. Он считал себя совершенно незаслуженно обиженным. Тук откинул голову на стенку, закрывая глаза и пытаясь понять, что это сейчас было.