Повесть о Средиводье

Я растерялся, как быть? Конечно, если они не хотят, то не заставлять же их, с какой стати они будут тратить свои деньги на проезд туда, куда им совсем и не надо и так заплатили слишком. Но почему из-за них должен страдать отец, наконец-то он попал на тот остров, куда давно стремился. Быть здесь и ничего, не узнав уехать?!

– Идём дальше вдоль берега, – сказал отец, – и будем узнавать, кто сможет перевести вас в Троеуделье? – он обратился к Ивелу и Ангуру.

– А, ты с сыном, так и не поедешь с нами? – удивился Ангур.

– Я хочу научиться чеканки по серебру, – ответил отец.

– Так ты чеканщик, сколько я тебя знаю! – удивился Ивел.

– То по меди, а в работе с серебром свои тонкости, отличающиеся от того, чем я владею. Раз я тут оказался, охота глянуть как работают местные мастера.

– Честно признаться, – сказал Ангур, – мне любопытно тут побывать, да боязно.

– То-то и оно, – подтвердил Ивел.

– А, сейчас Межвладычество, какой спрос? – возразил я.

– Это для ушкуйников, – тихо проговорил Ангур, – а с нас всегда найдут, что спросить.

II

Я вспоминал карту острова Большого. То побережье, по которому идём, тянется с юго-запада на северо-восток, чуть ли не повторяя очертания острова Птица со стороны пролива Рыбный, будто когда-то они были одним огромным островом. Если мы пойдём дальше в этом же направлении, дойдя лишь до устья реки Дуга, которая вытекает из озера Южного, то нам с отцом придётся добираться до гор намного дальше. Если же мы пошли бы отсюда, не на север, как я предполагал раньше, а немного в северо-западном направлении, то как раз упрёмся в горы.

– Слушайте, милые односельчане, – обратился я к крестьянам, – может быть вы доедете до Птицы сами, а потом, как мы и собирались, пересечёте «шею», далее опять через пролив Птичий – к Промежуточному. Опасаюсь, что желающих прямо сейчас ехать в Троеуделье среди независимых вряд ли найдётся. А прибывшие ушкуйники, если таковые уже имеются, думаю, не будут гореть желанием вас брать, ибо посчитают, что вы позаритесь на их внезапно нажитое добро, да и свидетелей своей охоты не станут жаловать, вы сами знаете.

– Как же нам быть? – в нерешительности остановился Ангур.

Пришлось вслед за ним и остальным встать и держать «совет».

– Через Средиводье переведёт язык, – напомнил я старинную поговорку.

– Боязно идти, не зная, куда, – сказал Ивел.

– Тогда поворачивайте с нами, – предложил я. – Братцы, выбор небольшой: или сами или с нами.