Птицы

Проснулась она, потому что соседка её вбежала в комнату и, не имея мочи ждать и не умея скрывать эмоции, будучи простой девушкой, воскликнула:

– Неужто это правда? Ты – хозяйка дома!?

– Ну, не совсем. Но когда-нибудь буду, – с напущенной скромностью, неловко опустив глаза.

– Хозяйка сыну сказала, что Палеос тебя наследницей сделал! – выпалила девушка и взяла соседку за плечи. Вигония смутилась от такого порыва.

– Но только когда он умрет, – оправдывалась девушка, пытаясь уменьшить значимость события.

– Так он уж старый, как трухлявый дуб – гляди на днях и помрёт, – закокетничала служанка, играя плечиками и улыбаясь подруге.

– Конечно, будешь моей помощницей, – сказала Вигония, проникнувшись приятными, любовными чувствами ко всем товарищам по несчастью.

Соседка, радостно взвизгнув, обняла её, а затем добавила:

– А почему он, кстати, решил тебя наследницей сделать?

Вигония смутилась. Она не подумала о том, что самая сложная часть впереди, веря, что новоиспеченная подруга её всё уже знает.

– Не знаю. Может, понравилась, – виновато улыбнулась она.

– Ой, да ты красотка! Такую только поискать, – девушка дружелюбно потрепала Вигонию по щеке. – Побежала я, работать надо, – она направилась к выходу и уже у двери спросила, не глядя на соседку, внезапно серьезным тоном: – А ты, как я помню, около Латрия живешь?

– Да, а что? – удивилась девушка внезапному вопросу.

– А, да нет, ничего, – и вышла.

Настроение Вигонии улучшилось, так как дружеская поддержка вновь вдохнула в неё силы. Хотя она чувствовала странное, неприятное волнение из-за недосказанности. Время было ближе к вечеру, поэтому она пошла на кухню, чтобы подать ужин хозяину. Там была кухарка и две ее дочери, мужчины почему-то не было. Девушки выглядели поникшими, а кухарка, обычно дружелюбная, даже не посмотрела на неё, лишь поставила тарелку на стол, чтобы Вигония её сама взяла.

Проходя по коридору, она встретила Астира с женой. Девушка, красотой которой Вигония бесконечно восхищалась, была сдержанно-грустна, а Астир так же холоден, как всегда, но нотка раздражения появилась на его лице. Пара смотрела сквозь служанку, но, когда они проходили мимо друг друга, Астир бросил: «Шлюха».