День восьмой

Я был уверен, что стоит им понять про что я, у них непременно отпадет желание со мной расстаться. Шло время и, наконец, я понял, что тот круг людей, в который я попал, вообще ничего не читает. Оказывается, мудрость в наше время никому не нужна. Я – бесполезная вещь. От этих мыслей я впал в черную депрессию.

Последним моим пристанищем стал загородный дом. Книг в нем, похоже, не было совсем. Именинник, долговязый мужчина неопределенного возраста, которому торжественно вручили подарок, засунул меня под мышку и стал расхаживать по дому, раздумывая, куда бы меня приткнуть.

В момент, когда он подошел к камину, у меня началась паническая атака, я решил, что сейчас мужчина бросит меня в топку, даже не распечатав. Но он небрежным движением кинул меня на камин, немного постоял, любуясь огнем, и возвратился к гостям. На камине было хорошо. Тихо, спокойно и тепло.

«А что? – думал я, – может оно и необязательно, чтобы меня читали? Главное, чтобы не уничтожили. Главное пережить эти смутные времена и не сгинуть окончательно, а люди… они одумаются ведь когда-нибудь… Под треск камина меня разморило, и я заснул.

Утром жена вчерашнего именинника, взяв меня в руки, спросила:

– Котик, а это что?

– Не знаю, Кисюлечка, Ленка вчера книжку какую-то подарила.

«Кисюля» осторожно развернула подарочную бумагу, и я впервые за долгие годы освободился от этих ужасных сердечек.

– Боже, какая прелесть! – вскрикнула женщина.

В тот же миг в моей душе запели птицы. Наконец-то нашелся человек, который меня оценил.

– Котик, ты посмотри какая книжица! – она осторожно провела пальцем по моему названию, вышитому золотыми шелковыми нитками.

«Котик» так и не оторвался от своей яичницы, не высказав никакого интереса в мою сторону.

– Зеленая книга с золотом. Шикардос. Захотела бы найти – не нашла. А тут подарили так кстати!

Меня, однако, немного смутил тот факт, что она сделала такой акцент на цвете моего переплета. Если бы она открыла меня и посмотрела год моего издания, то счастью ее не было бы предела, я же раритетное издание.

– Помнишь, Коть, я тебе говорила, что купила для нашей бильярдной винтажную этажерку?

– Не помню, – буркнул он в ответ.

– Ну и ладно, – и, совершенно не расстроившись, что он этого не помнит, продолжила:

– Этажерка стоит, а что на нее поставить, я не могла придумать. Но не котиков же фарфоровых?

– Согласен, фарфоровые котики в бильярдной – это перебор.