Под маской фантастики

Но та, словно не слышала, продолжала его оскорблять и поносить, лупить изо всей силы, толкать и пихать. Валентин с грохотом падал, пытался отползти, Ольга настигала его и била, он снова полз, кое-как поднимался, а Ольга снова его толкала и колотила.

Дмитрий Павлович в ужасе. Бросился к Ольге, пытаясь её остановить. Та с гримасой злости замахнулась на хозяина квартиры. Но он умел обезоружить нападающего. Ольга опешила, туфля её валялась далеко. Удивлённо и ненавидяще смотрела на Дмитрия Павловича, возмущаясь тем, что он вмешался.

Но Дмитрий Павлович понял, что запал буйности истёк. Ольга повалилась на диван.

– Валь, – позвала она властно и капризно, – я устала, принеси чего-нибудь пожрать.

Валентин с помощью Дмитрия Павловича поднялся.

– Иди в ванную, обмой кровь, смажь йодом, – сказал ему хозяин квартиры.

– После, вот только руки смою, – тихо ответил ему Валентин и поплёлся на кухню.

Дмитрию Павловичу стало противно, он вышел на улицу прогуляться и успокоиться и решил на следующий день им объявить, чтоб искали другое жильё.

Так и быть до конца месяца могут остаться, а потом уезжают. Зачем ему на старости лет такие сюрпризы. «И кот расхворался, надо в лечебницу отвезти», – вспомнил Дмитрий Павлович и грустно пошагал дальше.

VIII

За окном автобуса вдоль шоссе мелькают дачные домики и домины, взбирающиеся на пригорок и исчезающие за ним. За высоким забором показался коттеджный посёлок и скрылся за лесопосадками. Проносятся мимо стройные стволы сосен, разлапистые ветви елей, меж ними на земле жёлто-бурые пятна листвы берёз, тополей и осин.

Приближается остановка с одинокой фигурой. Автобус остановился, входит дачник с рюкзаком за плечами и корзиной, полной грибов. Ольга дёрнула осунувшегося Валентина. «Выходим». Тот с дорожной сумкой протиснулся мимо грибника к выходу. Они с Ольгой сошли с автобуса и направились по тропинке в лес.

Ветер бушевал в кронах деревьев, неистово их гнул, осыпая округу листопадом. Скрип ветвей походил на стон, то жалобный, то злобный.

Лес шумел пугающе. Ольга свернула с тропинки, за ней последовал Валентин. Они прошли глубь, пробираясь сквозь густой подлесок и поваленные отсыревшие и покрытые мхом стволы.

Ольга остановилась возле старых елей, их корни выпирали, как огромные пальцы, воткнутые в рыхлую почву из перегнивающих хвоинок. Рядом росли молоденькие дубки с трепыхающейся, будто в испуге бурой листвой.

– Копай здесь, – сказала Валентину, и пошла дальше.