Дневник острова

Всех выпустили из микроавтобуса и показали, куда проходить: в небольшое одноэтажное здание, на углах которого висели красно-бело-синие флаги Таиланда.

Вся процедура получения, а точнее, продления визы происходит достаточно быстро. В окошке обшарпанного здания улыбающийся таиландец ставит в паспорт фарангов штамп, сообщающий о том, что мы выехали из страны.

Я прохожу вперед метров сто пятьдесят к точно такому же зданию, только с другими, очень напоминающими американские, флагами Малайзии. Вижу перед собой два небольших темных окошка.

Я возвращаюсь в сторону Таиланда, к маленькому окну без опознавательных знаков. Где должны поставить очередной штамп в паспорт, теперь уже о прибытии в Королевство.

Вместе со мной ждут своего штампа люди со всего света: из Канады, Италии, США, России, Австрии, Австралии, Малайзии и Таиланда. И наши три микроавтобуса – это капля в приграничном море людей.

Весь обратный путь я спала. Проснулась лишь раз, когда водитель сделал остановку, чтобы утомленные пассажиры могли сходить в туалет.

С палубы гигантского парома я смотрела, как огненное солнце садилось в теплое море, меняя день на ночь. Желто-розовые блики расплывались по небу и тонули в синей воде. Их границы медленно стирались, как стирались мои границы мироощущения. Я смотрела на горизонт и благодарила Бога за то, что у меня есть возможность провести в этой сказочной стране еще целый месяц.

После возвращения на остров жизнь продолжилась своим чередом. В ежедневный график ничегонеделания я добавила утренние пробежки – для поддержания формы. Пешком я почти не хожу, при этом вокруг много разнообразной вкусной еды, которую я бесконечно употребляю. Что, естественным образом, начинает отражаться на моей фигуре. Бег для меня своего рода медитация, мысли приходят в полный порядок за полчаса, а тело наполняется приятным ощущением тепла от каждой проработанной мышцы.

Я просыпаюсь на рассвете, чтобы успеть вернуться до того, как распалится солнце. По дороге, где почти нет движения мотобайков, быстро добегаю вверх по крутой горе до буддистского храма и не спеша возвращаюсь обратно. Однажды за мной гнались две дворовые собаки, и, если бы не пожилой таиландец, вышедший из своей хижины с рогаткой, от меня не осталось бы ни косточки.