Стася из таверны «Три дороги»

Глава 2

Я поклонилась в пояс гостю в зелёном вышитом камзоле, а когда выпрямилась – обалдела. Это был наш сосед Жирко. Он подрос и возмужал. Выглядел франтом. Жирко бросил на меня томный взгляд и вскинул удивлённые брови.

– Стася? Значит, правильно мне сказали, что ты прислуживаешь в гоблинской таверне? Совсем дела худо?

– Да, господин, – смиренно ответила я, а у самой аж скулы свело.

– Слыхал я, что папаша твой в долговую яму попал, а именьице ушло с молотка.

– Не всё так. Именье по суду отжал господин Вильд.

– Ну, скоро всё назад вернётся. Бася твоя за него замуж выходит, слыхала?

Я промолчала. Некогда мне было с Жирко лясы точить.

– Что изволите заказать? Есть жаркое с картофелем, вяленая оленина, салат с зелёными побегами чеснока…

– Неси пивка и рыбки сушеной. Это для начала. А затем я бы отведал молочного поросёнка на вертеле, – Жирко кинул мне золотой, сухой и тёплый.

Я поклонилась и побежала доложить Матушке Скрыне о богатом клиенте.

Насупленная Матушка Скрыня на золотой даже не среагировала.

– Иди, иди. Выполняй, – буркнула она и посмотрела в окошко.

Я собрала заказ, быстро крикнула Мине про поросёнка и побежала с подносом в залу.

– Со мной посиди, – вальяжно ответил Жирко, я и подчинилась, сев напротив на скамью, а не рядом. Жирко скривился, видно, уже собирался пощупать меня, слизняк. Он поднял кружку повыше и, глядя на густо усиженный мухами портрет короля Хенрика, рыкнул:

– За здоровье нашего благодетеля, – и бодрыми глотками осушил кружку, – повтори!

Я снова налила пива.

– Как поживаете, господин Жирко? – спросила я, чтобы прервать затянувшуюся паузу.

– Живу тихо, не ожидаю лиха, – засмеялся он, обнажив ровные, крепкие зубы, —вот, на свадебку еду. К твоей сеструхе. Была Бася Лучик, а станет Барбара Вильд. Разбогатеет, папашу из долговой ямы вытащит, Агнешку из борделя выкупит, да и тебя заберёт.

Жирко захохотал и ткнул меня кулаком в плечо, перегнувшись через стол. Я качнулась и сузила глаза. Скатать небольшой комок из воздуха – плёвое дело. Даже рук не надо поднимать. Я кивнула только… Жирко заперхал, закашлялся. Рыбья кость так некстати вонзилась ему в горло. Жирко выпучил глаза и выронил кружку, пиво пролилось на камзол, бархат потемнел. Одной рукой он схватился за горло, второй потянулся ко мне.