Линия жизни

Что да как – Вадька с аппетитом уминал щи, приготовленные на скорую руку тёщей. Старший брат Колька пришёл с работы, бросил на них хмурый взгляд и прошёл в свою комнату. Он разругался со своей невестой и полыхал внутри тихой злостью.

– Дом не нашёл ещё для нас? Мать ссуду оформила – Люба села напротив мужа и безотрывно смотрела на него. Красивый он всё-таки у неё. И Аринка на него похожей родилась.

– Да есть там один – нехотя ответил Вадька. О доме он как-то и подзабыл, уже привыкнув что Люба живёт у матери – как-нибудь съездить надо, посмотреть.

– Завтра можно! Мама придёт и я Аринку с ней оставлю, а сами поедем – обрадовалась Люба. Но утром случился скандал, от которого у Любы окончательно пропало молоко.

Нина Игнатьевна была человеком настроения. Могла как приголубить, так и показать свой гонор. При чём заводилась ни с того ни сего. Любая мелочь не так сказанная или сделанная, могла обернуться громогласной руганью. Вот и в это утро, которое началось у Любы с шести утра. Она проснулась раньше Вадьки и дочери.

Быстренько собрала грязные пелёнки и ползунки. Замочила бельишко в тазу. Сама быстрей на кухню, приготовить завтрак брату и мужу. Как распахнулась входная дверь и вошла Нина Игнатьевна. Уже по её лицу, Люба поняла, что день будет испорчен. Сердце её бешено заколотилось.

– Где твой суженый-ряженый? А? Спит? Ты одна тут возишься, а он потягивается там сладко? Машина-то стоит его, значит ночевать приехал к жене под бочок? – начала Нина Игнатьевна.

– Тише, мам.

Аринку разбудишь – умоляюще произнесла Люба. Но её слова лишь подхлестнули Нину Игнатьевну. Она протопала в комнату дочери и рявкнула на зятя:

– А ну вставай! Нечего вылёживаться, шёл бы Любке вон помог! Она и так в воде навозилась, взял бы да сам пелёнки постирал. Для родной дочери-то! Совсем делать ничего не хочешь, хорошо пристроился. Жена с дитём тут, ты там – на повышенных тонах разговаривала Нина Игнатьевна. Аринка в кроватке начала негромко попискивать.

– Заткнитесь! На работу скоро, не дадут поспать лишних полчаса! – заорал из своей комнаты Колька.

Он в бешенстве выскочил на кухню и со всего маху стукнул кулаком по стеклу окна, которое тут же треснуло и осколки впились в его руку.

Всё произошло на глазах у Любы, которая от ужаса, даже крикнуть не могла. Спазм сдавил горло и стало трудно дышать. Пол в кухне залило кровью.

– Ой что творится-то … ой! – причитала Нина Игнатьевна, бросившись к соседям, чтобы вызвать скорую.