Линия жизни

Одет он был так же, как и вчера.

– Слышь, о чём поют-то? "Белые розы, белые розы. Беззащитны шипы…" – пропела Галя и покатилась со смеху – чем тебе не жених?

Люба вышла из цеха и смущённо улыбнулась Вадиму. При дневном свете он и вправду был очень красивым. Что-то было в его цыганской внешности такое, что цепляло с первого взгляда. То ли взгляд серьёзных тёмно-карих глаз, то ли какая-то девственно-чистая манера общения. И Люба сдалась. Они стали встречаться с Вадимом. Гуляли по вечерам, держась за ручку, как два школьника.

Слушали песни "Ласкового мая" и смотрели на звёзды, не смея даже поцеловаться. На выходных Люба, как и обещала, ездила домой. Мать, словно чувствуя произошедшие перемены в дочери, срывала на ней свою злость и припрягала к домашней работе по полной программе. Люба так и не решилась рассказать ей о своём парне, опасаясь, что мать вообще запретит ей возвращаться в Золотовку и насилком вернёт домой.

Словно на крыльях летела Люба в полюбившуюся деревню. Ведь её теперь ждал Вадим, который стал более разговорчивым.

В его движениях появилась уверенность, он уже смело прижимал к себе Любу и пару раз поцеловал в губы. Обоим хотелось большего, но они стеснялись друг другу признаться.

– Только после свадьбы – предупредила Люба – а если нет намерения жениться на мне, то не порть. Я порядочная девушка и берегу себя для одного, единственного.

– Может я и есть твой единственный, а? Люб … Любушка, Любовь – бормотал Вадим, целуя девушку сначала в нос, щёчки, добрался до губ.

Они как всегда сидели на своей любимой поляне, постелив на влажную от росы траву пиджак Вадима. Всё близилось к тому, чего Люба опасалась, но в глубине души давно ждала. Испугавшись, что дело может зайти слишком далеко, она оттолкнула Вадима и убежала. Он не стал догонять её, слишком был разгорячён. С того вечера парень больше не делал таких попыток. Галинка с Егором, посмеивались глядя на них. Сами они вовсю уже планировали свадьбу на весну и Галя частенько оставалась у Егора ночевать.

В одну из таких ночей, когда Люба не вернулась в дом бабы Нюси, раздался тихий стук в окно.

– Ты чего? – Люба испуганно всматривалась в лицо Вадима. Стояла уже глубокая сентябрьская ночь и холод ворвался в распахнутое окно.

– Люблю я тебя – выдохнул Вадим и вцепившись в подоконник проскользнул в комнату. Люба почуяла от него слабый запах вина.

– Ты пил что ли? Хозяйка проснётся сейчас и устроит ругань. Уходи домой Вадик, не подставляй меня – шептала Люба.