Капкан для МI6

– Это Граевский Иван Лукич. Пенсионер. Дом тоже будь здоров, хотя сразу не подумаешь, что богатый.

– Престарелый родственник?

– Погоди, – поднял ладони в успокаивающем жесте Вячеслав и продолжил: – Снаружи дом простовато выглядит. Но потом я глянул – камеры, охрана за забором в маленьком домике и участок необъятный, несколько гектаров – лес, сосны. Знаешь, – он сел рядом, закинул руки за голову, вытянул длинные ноги, – я бы сам не отказался в такой избушке пожить. Вот отчего ни у тебя, ни у меня такого нет?

– Не воруем, – помрачнел Ермилов, вспомнив о своем финском домике, который третий год жена жаждала покрасить, причем отчего-то обязательно посредством не очень умелых ручек Олега.

Пока он собирался приступить к покраске, дом потихоньку облезал и выглядел уже не зеленым, а пятнистым. Ермилов покосился на друга: – Кстати, а ты не хочешь совместить приятное с полезным? Отдохнуть у меня на даче, попариться в бане, пожарить шашлыки и… помочь мне покрасить дом. А? Ну чего ты фигу показываешь? Вот если бы ты меня попросил…

– А у меня дачи нет, Константиныч! – весело и ехидно откликнулся Вячеслав.

– Так что Граевский? – посуровел Олег. – Ты ведь не у охранников его фамилию узнал?

– Местный участковый оказался моим знакомым. Пришлось проставиться. Кстати, расходы за твой счет… Так вот Граевского однажды ограбили, пока он отдыхал в Карловых Варах. Окна побили. Деревенские пацаны резвились…

– А охрана?

– Он ею только после кражи обзавелся. А тогда моего знакомого участкового Геннадьевича взяли за интимные места так, что он бегом бежал по следу малолеток не хуже собаки-ищейки.

– Сам Граевский сотворил с ним такой кощунственный акт?

– Не-а. Начальство беднягу шлифовало мелкой наждачкой. А само руководство, в свою очередь, пользовали из разных министерств – внутренних дел и внешней торговли. Не хило, да?

– У него дети, что ли, какие высокопоставленные чиновники? – удивился следователь.

– Он сам. Ушел на пенсию из Внешторга.

– Ну, связи остались, – с сомнением покачал головой Ермилов.

 – Несомненно. Но ты сам знаешь, когда человек уходит на пенсию, не слишком-то заботятся о нем. Отработанный материал. А тут… Странно.

– И я о том. Геннадьич говорит, такой кипеж подняли, что караул… Чай будешь?

– А что покрепче имеется?

– Вообще-то это с тебя причитается! – возмущенно покрутил головой Вячеслав, но полез в нижний ящик письменного стола и бухнул на стол бутылку коньяка. – Только тебе, я ведь дежурю. Вот это буду.