Исчезнувшие

Кросс – это максимальная точность удара и безопасность, так как из кросса проще вернуться в защитное положение. Отрабатывая хук (удар согнутой рукой без замаха), Галя помнила слова отца о том, что раскрываться во время нанесения удара нельзя: получишь ответный удар от соперника. Слова подкреплялись примерами, и усваивались крепко и сразу. Иначе нельзя.

Свинг, когда рука, описав большой радиус, «приземляется» в голову противнику, Гале не нравился: на замах надо время, за это время противник может нанести удар.

Галя осторожничала, уходила в защиту, отец сердился. И тогда она нападала – красиво, изящно, неожиданно. По-женски.

Зато апперкот – удар снизу, между руками противника, когда тот попросту забывает сомкнуть локти в клинче – девочка выполняла мастерски. Отец научил её классическому варианту апперкота, когда удар проводится передней рукой вместе с закручиванием плеча. Но пользу апперкот приносит только в ближнем бою, и довольно опасен для наносящего удар, так как на несколько секунд боксёр остается без защиты.

Галю это не смущало: драться она ни с кем не собиралась. Ей не очень-то нравился бокс, от которого долго не проходили синяки и ссадины, но нравилось восхищение отца, а отцу нравились её мускулы, крепкие, длинные, растянутые, нравилась быстрота реакции и азарт, с которым она бросалась в атаку. Он был спокоен за дочь: никто девчонку не обидит, она сумеет за себя постоять.

Отца Галя уважала, а к матери относилась без уважения, за её словечки.

Возить у неё – вандырить, варить у неё – мырлять, кость – мость, а лицо так и вовсе сквожа. Ляпнет на родительском собрании, что у неё сквожа краснеет за дочь (в Галином дневнике одни тройки, четвёрка редкий гость). И всё. В школу можно не приходить…

Зинаида Антоновна родом из Суздаля, и слова у неё диалектные, но в классе не станут слушать Галиных объяснений, прозовут сквожей.

Она вцеплялась в мать клещом:

– Опять твои словечки? Переведи на русский.

– Дочь, остынь. Нельзя так с матерью.

– Да? А ей со мной можно?

Родителей не выбирают, но надо же так не повезти, с обоими…

Галя только усмехалась, слушая, как соседка жалуется матери на своего мужа: сына не видит в упор, даже дневник не проверяет. Вот бы Гале такого отца! Играла бы с девчонками в вышибалы, и прыгала в классики, и шепталась про мальчиков. А ещё ей хотелось учиться петь, у неё был красивый голос, «поставленный» от рождения.