Загадка. Планета тысячи тайн

Или у тебя фишка такая: сама за него когда-то не вышла, так пусть хоть дочка обретёт такое редкостное счастье?

Мать, услышав это, задохнулась от возмущения, и Власта уже пожалела о своих неосторожных словах.

– Я вышла за твоего отца по любви! И ни о чём никогда не жалела! – горячо и с нескрываемой обидой выпалила Надежда.

Она собралась сказать что-то ещё, но дочь, сделав примирительный жест, перебила её, уже более спокойно и доброжелательно:

– Вот и я хочу по любви, мам. А не… из соображений дальновидности.

Мать вздохнула, но продолжать разговор не стала. Она наверняка могла бы выдать что-нибудь насчёт дополнительных гарантий достойного и благополучного будущего, однако и сама, должно быть, понимала то, о чём немногословно, но убедительно толковала ей дочь.

***

Вскоре Ярл с Игорем ушли, Надежда занялась своим любимым делом – изучением древних языков, а Власте ничего более не оставалось, кроме как пойти в свою комнату и получше узнать нового обитателя их небольшой, но уютной «норы».

Та ерунда, что содержалась в документах на клона, быстро наскучила до зевоты, и остановилась Власта на том, что «половая функция клона подавлена путём воздействия микроимпланта на переднюю часть гипоталамуса».

«Ну да, разумеется…» – Свернув окно голограммы с таким отвращением, будто это была гнилостная слизь на испорченном грибе, она взглянула на клона и позвала его сесть за небольшой круглый одеревенелый вырост посреди комнаты, служивший Власте своеобразным столом.

– Как, значит, тебя называть? Шарк? – спросила она, силясь понять – всё же человек перед ней или и впрямь всего лишь примитивная биомашина для чёткого и беспрекословного выполнения задач.

– Как вам будет угодно, госпожа Вэл, – отозвался клон. – Все клоны моей партии звались одинаково: «рядовой Шарк». Но каждый из них имел свой буквенно-числовой идентификатор. Мой – 338-П.

– Ну, раз других Шарков у нас тут нет, то обойдёмся без идентификаторов. И без рядовых, потому что мы гражданские. Только ты меня зови Властой, ладно?

– Есть, госпожа Власта!

Девушка поморщилась.

– А ты можешь снять эту пластину с лица? – спросила она, с любопытством глядя в непроницаемую черноту материала, из которого был сделан прибор для коррекции плохого зрения.

– Так точно, могу, – отчеканил Шарк, – но без неё я сильно потеряю в боеспособности.