Дочь Луны

–Здравствуй Кристина, как твои дела? Скоро день рождение?

–Да, дядя Архип, ты делаешь ножи?

–Да, детка, делаю, а что, себе захотела?

–Да, только у меня денег нет,– смутилась девочка, но тут же нашлась.– Я могу отработать.

Архип прищурившись, посмотрел на девчонку, долго всматривался в ее серьезное лицо, плотно сжатые губы и упрямый взгляд.

–Ты уверена, может, попросишь что-то другое?– Архип не хотел, чтобы девочка уже в таком возрасте имела оружие, не к добру это.

–Нет, я хочу именно оружие.

–Ну, хорошо, будут тебе кинжалы, сделаю.

–Спасибо,– Кристина засияла как полная луна, а у Архипа что-то больно кольнуло в груди.

Девочка побежала домой, Ханка что-то стряпала у печки, старик давно умер, и Ханка оставшиеся свои годы уделила девочке.

–Кристина, где ты была?

–Ходила на речку, к Иову.

– Кристина, через несколько дней будет твое тринадцатилетние.

–Да, я помню, – Кристина подперла щеку рукой, и медленно потягивала молоко из кружки.

–Мне кажется или ты чем-то огорчена?

–Ханка, – вздохнула Кристина.

– А родители могут приехать на мое тринадцатилетние?

–Не знаю дочка, они же купцы, если будет возможность, конечно, они приедут тебя поздравить. Но ты не расстраивайся, тебя придет поздравить все, это будет великая ночь.

Девочка росла с пониманием, что ее родители купцы и много путешествуют, Ханка не могла сказать девочке, что ее отец король, который испугался девочки с голубыми глазами. Ведь дети луны как бочка с порохом, неизвестно когда взорвутся и как это отразиться на рядом стоящих.

–А почему, ведь это просто день рождение, да и не хочу я многих. Я хочу, чтобы приехали мама и папа, была ты, Иов с Марьяной, маленький Лико.

–Увидишь дочка, – Ханка поправляла котелок в печи, не взглянув на девочку. Она и сама не знала, как пройдет это событие, но оно неизбежно.

Кристина выделялась среди местной детворы, не по годам взрослый осознанный взгляд. В общении тянулась к взрослым, сверстников избегала, чувствуя с ними себя неловко.

Ханка стала замечать, что девочка с возрастом стала меняться, частые перепады настроения, от щемящего восторга, до депрессии, когда не знаешь, зачем ты живешь и кто ты такой в этом мире. Она иногда смотрела в зеркало, ей казалось, что на нее смотрит абсолютно чужой человек, а она смотрит на себя как бы со стороны. Казалось, что она живет чужой жизнью, и все вокруг нее люди, ей абсолютно чужие. Поэтому к зеркалу она подходила редко и смотрела на себя лишь мельком.