Хмурый город. Ненастье для Насти

Но, никаким языкам, окромя русского и русского матерного, парня не обучали, потому он, почесав макушку, принялся долбить хреновину ломиком, наплевав на все эти непонятные загогулины.

Даже если в саркофаге сидит джинн, как в той сказке про ушлого воришку восточной наружности, джинну, все одно, предстоит выполнить свой долг. Исполнить сокровенное желание Зябкина.

Ух, а он, Зябкин, найдет чего пожелать – не всю же жизнь ему мальчиком на побегушках числиться – надо же когда-нибудь и в люди выбиться.

Кажущийся монолитным, металлический саркофаг, раскололся под ударами, точно скорлупа у гнилого ореха, распавшись на две половинки и кладоискатель скривился, рассмотрев содержимое.

Капсула оказалась обыкновенным гробом, пусть и весьма оригинальной конструкции и, как положено, таила внутри себя мертвеца.

Мертвец выглядел.. странно, даже на взгляд, неискушенного в подобных вопросах Зябкина.

Молодой вампир, отбросив в сторону лом и не обращая внимания на сухую землю, сыпавшуюся за шиворот, нагнулся над находкой.

Н-да!

Металла и впрямь, оказалось много. Как подозревал Рома, саркофаг изготовили из свинца, а это – уже очень даже неплохо. Можно позволить себе дурные привычки.

Распространённая брехня о том, что вампиры питаются одной лишь кровью человеческой, Зябкина слегка забавляла. Ничего подобного – в крайнем случае, Ромка сожрет и протухшее мясо. Коли припрет, выбирать не стоит. И плохо ему после подобной трапезы не будет. Неприятно лишь, но можно потерпеть.

Вот алкоголь творил с кровососами чудеса.

Но, подобное – строго индивидуально для каждого из вурдалаков. Приятель Ромки по клану, Загинцев Олег, например, летать не мог, зато умел притягивать к собственному телу всяческие металлические штуковины, большие и маленькие. Но, тоже, лишь хорошо поддатым. Однажды, на спор, Олег тепловоз маневровый с пути сковырнуть ухитрился и метров тридцать тащил по земле, не обращая внимание на, орущего благим матом, машиниста.

Долго, помнится, местное начальство башку чесало и гадало о том, как подобное могло получиться, каким таинственным образом, многотонная машина смогла укатиться на пятьдесят метров в сторону от железнодорожного полотна, взрыхлив утоптанную землю, засыпанную крупным щебнем и встрять намертво, упершись всеми колесными парами.

До сих пор, наверно, гадает.