Хмурый город. Ненастье для Насти

 – Первый раз подобное вижу!

– Вероятно, мутировало растение. – глубокомысленно заметила Настя. – Ты ж, фикус несчастный регулярно окурками удобряешь, вот он и подсуетился, обзавелся средствами обороны. – и, насмешливо взглянув на растерянное лицо Анжелки, добавила. – Завязывала бы ты, Анжела, с куревом. Какие-то неправильные у тебя сигареты.

– Обычные, в ларьке, через дорогу покупала. – Манохина, всё ещё пребывала в недоумении, засунув палец в рот и высасывая кровь из ранки. – Горькая. – жаловалась она.

– Не знаю, не знаю. – Настя снова качнула головой. – От обычных сигарет на фикусе иглы не вырастают. Фикус, он же, не дикобраз. Смотри, Манохина, как бы у тебя чего лишнего не выросло, с такими раскладами. На лбу, например.

Испуганная Манохина торопливо вытащила из карманчика стильного жилета полупустую пачку сигарет и швырнула её в картонную коробку, заменявшую урну, а Настя, чувствуя себя просто отлично, развернулась к выходу и поспешила улизнуть незамеченной, пока её ещё кто-нибудь не остановил.

Ключ, полученный от старшей по подъезду, жег карман и Настя, недолго размышляя, свернула на боковую улочку, по которой было удобно ехать к вокзалу. Как оказалось, искомая ячейка находилась именно там. На брелке, прикрепленном к ключу, отчетливо просматривались две буквы «жд».

Запарковав машину, Анастасия торопливо миновала опорный пункт полиции, спешно перебежала дорогу и очутилась как раз на том самом вокзале – шумном, суетном и бестолковом.

Вокзалы Настя не особо любила – передвигаться она предпочитала на машине, а поезд – это так, для дальних странствий.

Девушка извлекла из кармана пакет с ключом, отыскала необходимую ей камеру хранения и с некоторой робостью и волнением, открыла её.

В тайнике обнаружился небольшой саквояж, старомодный, слегка потёртого вида, довольно-таки, увесистый.

– Нашла? – нетерпеливый Шкода высунул нос из-под шапки. – Чего застыла? Хватай добычу и домой!

Настя так и сделала – схватила и быстрым шагом направилась к выходу, слыша, как стучит взволнованное сердце, так, словно она совершала какой-то, запрещённый законом, поступок. Мимо девушки неторопливо проследовала пара полицейских, у дальней колонны о чем-то болтали дюжие охранники, а Настя всё шла и шла, но никак не могла добраться до выхода.