Непридуманная жизнь

Стоя напротив дома я смотрела в окна и гадала, точно ли в автобусе была мама? Если да, то она точно уже знает, что я убежала из дома.

– Чуешь, чем пахнет?

Спрашивала я саму себя.

– Правильно, гробом.

Тут на улицу вышел папа:

– Ты чего тут стоишь?

– Домой заходить боюсь.

– Почему?

– Мама сказала мне вчера, чтобы я уходила жить к тебе, из-за того, что мы с Катей вчера заходили руку смотрели.

– Пошли тогда, чего стоять тут?

Папа не знал продолжения истории, так же не знал о том, что я целый день провела вдали от дома, пыталась сбежать, угнать лодку без весел, устроила вандализм на чужом огороде, в общем, сделала всё то, за что ещё, находясь в полной семье, меня бы просто убили.

Зайдя домой к отцу, я уселась в кресло, внутри от страха всё переворачивалось до тошноты. Конечно, можно подумать, что это от перееденного на огороде, да ещё и немытого, но нет. Это волнение и усталость от неизвестности. Мои мысли нарушил звук входной двери, я сидела к ней спиной и вдруг почувствовала запах маминых духов «Casandra», вжавшись в кресло, я ждала серьезного разговора.

– Ира, ты с отцом остаешься жить?

– Да.

Еле слышно пробормотала я.

Если бы я знала, что это «да» так сильно перевернет мою жизнь, я бы ещё сто раз подумала, а правильный ли это ответ? Может лучше выхватить один раз за сегодняшний побег и жить дальше рядом с мамой и сестренками, но поздно. Я уже ответила.

– Хорошо. Завтра зайдешь за своими вещами. Валера, заберешь её кровать.

Утро. Я спала рядом с отцом на одном диване и проснулась от его храпа. Был выходной день, и я знала, что мама сейчас дома. Насколько же я тогда почувствовала себя одинокой. В голове стоял один вопрос «Зачем? Зачем ты сказала вчера да?» Я начала тихо плакать, чтобы не разбудить отца, но насморк из-за слез и моё шмыганье носом, всё-таки разбудило его.

– Ты чего ревешь?

– Ничего. Просто скучаю по маме.

– Да ты чего? Всё хорошо у нас будет, заживем ещё! Давай вставать завтракать, да пойдем к матери, вещи твои забирать и кровать.

– Я не хочу кушать, чай только попью.

Аппетита и в правду не было. Я словно начала жить по-другому, и пошло всё наперекосяк. Мне предстояла встреча с мамой, Катей и Настей, а я словно чувствовала себя предателем или чужой, особенно тогда, когда зашла домой к маме. В гостях у неё была подружка Аня, которую я «любила» всей своей душой. Она плохо влияла на маму и так считала не я одна.