Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

– Как в том анекдоте – смеялась она, нервно глотая воздух – Грибочки кушать не хотела!

– Какие такие грибочки? – де Перье принялся вышагивать по комнате – И перестаньте уже хихикать! Я же вижу – вам уже легче!

– Хоронит зять тёщу – начала рассказывать Елена, старательно сдерживая нервную икоту – А она вся синяя-синяя. Зятя и спрашивают люди добрые – от чего, милок, тёщенька твоя померла? А тот и отвечает – от грибочков. Его опять вопрошают – А, чего она синяя такая, в кровоподтёках? А зять им в ответ – ерепенилась много и грибочки кушать не желала!

Де Перье остановился и остро так, колко взглянул на то ли хихикавшую, то ли икающую Елену, а затем присел над скрюченным в странной позе, трупом и принялся внимательно рассматривать отравительницу.

– Могу ошибаться – медленно произнёс он, зачем-то разрывая узкий рукав платья усопшей – Но, как мне кажется, вас посетила Долговязая Мариэта. Ха! – голос Рельфа зазвучал торжественно и уверенно – на предплечье девицы обнаружилась странная татуировка, в виде мерзкого паука, величиной с ноготь большого пальца.

– Живая татуировка – господин де Перье опасался прикасаться к пауку, особенно избегая крупных жвал восьминогого монстра – Знак Ночной гильдии Луанды- задумчиво пожевав губами, он добавил – Однако… Кто-то изрядно потратился.

Горло Елены перехватило спазмом – девушка внезапно заметила и острые когти Долговязой Мариэты, и нож в ножнах на стройной ножке девицы, и длинную иглу, торчащую из носка сапога убиенной дамы.

– Повезло вам. – не скрывая удивления, произнёс де Перье – Мариэта – та ещё штучка! Работала чисто и без промахов.

Елена поморщилась – есть ей, точно, уже не хотелось. Вид мёртвого тела, безобразно скрюченного у неё под ногами, начисто отбил аппетит. Даже в страшном сне вчерашняя сиротка не могла представить того, что собственными руками убьёт человека.

– Миндальное молоко в котором растворили яд болотной гадюки. – любезно пояснил барон, заметив остекленевший взгляд Елены, застрявший на том самом злополучном кувшинчике – Очень неприятная смерть – внутренности разъедает, как кислотой. Адская боль и дикие муки. Да – поспешил добавить он, заметив, что Елена не очень-то впечатлена его красочным описанием – противоядия не существует. По крайней мере, в Ангоре оно неизвестно.