Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

И сама не болтай, а то язык мигом укоротим!

Служанка, тотчас растеряв свою фривольность, построжела лицом и как-то ловко повела плечами, от чего её декольте, уменьшившись в разы, начало походить на обычный вырез повседневного платья.

Елена сглотнула слюну, чувствуя, как у неё в желудке кишка кишке лупит по башке. Конечно же, ей и раньше доводилось голодать, но в доме вдовы, даже по праздникам не пахло так умопомрачительно вкусно, как из дверей и окон этого постоялого двора.

Получив вожделенную свободу, пусть и на один только вечер, тучный целитель посчитал свой долг Цербера исполненным и тут же растворился в сизых вечерних сумерках, а смазливая служанка, сделав лёгкий книксен, пригласила Елену идти следом за собой, сначала в тот самый боковой проход, а затем, по узкой лестнице для прислуги, на второй уровень.

Всего, этих самых уровней, Елена насчитала три – и это был очень даже приличных размеров постоялый двор.

Всю дорогу до комнаты, трактирная девица с любопытством пялилась на присмиревшую и проголодавшуюся Елену, гадая про себя о настоящем статусе самой таинственной пассажирки герцогской карете.

В самом-то деле – кого попало герцоги в своих каретах не возят!

На даму из высшего света Елена ничуть не походила, даже на бедную и худородную дворяночку – не тянула. Купчихи обычно бывают с более крупными и обильными телесами, откормленными, да холёными.

– Дворянка, или мещанка? – лениво размышляла трактирная девица, по совместительству являющаяся одним из самых ценных агентов начальника службы безопасности герцога Валенсии, того самого неприметного лицом и одеждой, господина – Иль, селянка? Смазлива, ничего не скажешь! И черты лица тонкие, и запястья, и щиколотки.

В тот миг Лулу, а так звали эту самую трактирную служанку и не подозревала о том, что именно ей придётся ухаживать за таинственной девушкой – мыть её, кормить и чесать те самые роскошные кудри.

Она привела Елену в тесную комнатушку, расположенную в самом конце коридора второго уровня и усадила на кровать, скрыв присутствие девушки высокой расписной ширмой.