Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

Очень, очень скверными последствиями!

Прямо над ней, распростертой на земле, навис какой-то незнакомый мужик – совершенно мерзкий тип, усатый, волосатый, весь серый и щетинистый.

Тип сосредоточенно боролся с рубахой, скрывающей под собой упругую грудь, дергая за какие-то тесёмочки и рыча от нетерпения.

Основание для его нетерпения красноречиво упиралось в самый низ живота Елены, недвусмысленно намекая на то, что грозит ей в самом ближайшем будущем.

Изнасилование ей грозит, вот что!!

Мысль ярким болидом пронеслась в голове, терзаемой болезненными ощущениями и Елена, стряхнув с себя неприятную одурь, окончательно рассвирепела.

Она пришла в себя и абсолютно была не согласна с тем, что её ожидает позорное надругательство.

Над! Её! Телом!

Незнакомый, но заранее ненавистный и мерзкий тип, замучавшись тянуть за тесёмки, рванул ворот просторной рубахи и та, не выдержав напора и натиска, жалобно затрещала и порвалась, выставив на всеобщее обозрение настоящее сокровище, весьма, кстати, увесистое!

«Четвертый размер, не меньше!» – подумала Елена, не понимая, как её, жалкий, минус второй, превратился в этакое богатство.

И, тут же…

«Рубаха? На мне этакое убожество? – изумилась девушка, слабо барахтаясь под агрессором и пытаясь наладить взаимопонимание с собственным организмом – Но, как?»

Мужик, тем временем, не терялся – его сопение усилилось, глаза похотливо заблестели, а рот ощерился в гнусной ухмылке.

– Мой сладкий персик! – заржал насильник, больно сжав, неожиданно пышные, груди Елены своими лапищами – Давай, девочка, сопротивляйся! Я люблю укрощать строптивых лошадок!

– Мразь! – отчётливо и ясно подумала Елена, позабыв про предполагаемое сотрясение мозга.

Современные дети, нередко отличаются жестокостью и безжалостностью и поэтому, девочка должна научиться увёртливости, хитрости и даже коварству, а так же, уметь постоять за себя, хотя бы первые три секунды драки.

Судя по всему – Елена пыталась сопротивляться, причём – безуспешно, потому-то, её теперь крутило от боли, да и в голове всё было не так ясно, как хотелось бы.

Одежда девушки оказалась разорвана, а лапы грязного урода копошились под длинной юбкой, норовя задрать её Елене на нос, лапали за бёдра, собираясь стянуть трусики.