Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

– Мне так страшно господин – жалобно пропищала Лулу – Вы же защитите меня?

Людвиг слегка опешил, но продолжил свои грязные поползновения, теперь уже недвусмысленно облапывая женщину и готовясь завалить её на спину.

А, что? Господин возражать не станет – какое ему дело до глупой девки? Затем Людвиг просто перережет несчастной глотку и всё свалит на разбойников.

Лулу отлично понимала, что её ждёт, понимала, но не пыталась препятствовать негодяю – она уже заметила Елену, испуганно таращившуюся на неё из-за колючего куста.

– Беги, глупая! – хотелось закричать Лулу – Спасайся пока тебя не заметил кто-то ещё!

Елена хотела убежать, но как? Де Броэ на коне и быстро поймает её, а где-то здесь, в зарослях, ещё и злобный маркиз ошивается, и его мерзкий дружок шевалье!

– Гад немытый! – девушку передёрнуло от скверных воспоминаний и тут этот гад её обнаружил. Виконта аж кверху подбросило от радости.

– Вот ты где, мерзавка! Людвиг, бросай ту и хватай эту! Поймаешь – получишь пятнадцать серебрушек, упустишь – всыплю плетей за нерасторопность! Дармоед!

Виконт громко засвистел, призывая подмогу.

Растопырив пальцы Людвиг, возмечтавший о пятнадцати серебряных монетах, кинулся ловить Елену, а Елена бросилась прочь от него.

«Шакал! – мысленно ругалась беглянка – Мерзкая тварь, стоящая своего господина!»

Целитель всё ещё тряс головой, когда мимо него, шурша юбками, проскочила перепуганная Елена. За ней огромными прыжками несся Людвиг, которому отчаянно хотелось получить обещанное виконтом серебро. Такие деньжища! Много разного и нужного можно прикупить на эту сумму денег, ну и девок, конечно.

Де Броэ оказался между ними – ему казалось плёвым дельцем прикончить толстяка-целителя, и он уже потянулся за шпагой, как Лулу, всеми позабытая и покинутая, раскрыла рот и отчаянно завизжала.

Это был волшебный визг! Наверное, так визжат баньши – громко, пронзительно, аж уши заложило!

Де Броэ грязно выругался, позабыв про неуклюжего целителя и направил коня на голосистую женщину, намереваясь заткнуть той рот, пока кто-то из гвардейцев герцога не поспешил на помощь даме, попавшей в беду.