Гуси-лебеди. Хозяйка Дремучего леса

Она здраво рассудила, что в мужской одежде гораздо удобнее по кустам шастать, да по дебрям лесным пробираться. К тому же, у посторонних вопросов к отроку меньше возникнет, чем к отроковице.

Шапкой попаданка разжилась, обокрав огородное пугало у тех же Плетенниковых. Пугало и без шапки красивое, а ей косу, от любопытных глаз, надежно спрятать надо. Удобные кожаные башмаки у нее свои собственные имелись. После внезапного купания в реке они успели просохнуть, и женщина с удовольствием натянула их на ноги. Алёнка, небось, привычная босиком бегать, а вот Алёна Дмитриевна, нет.

Свои новые, пышные округлости попаданка спрятала под кафтан и решила, что сойдет. Близко она ни с кем сходиться не собиралась – расспрашивать посторонних о дороге ей не нужно. У нее особый путеводитель имеется, самой бабой Ягой зачарованный.

Клубочек слегка светился в серых предрассветных сумерках. Увидь подобное чудо кто из обычных людей, то, совершенно точно, перед искушением завладеть дивной вещью, не устоял.

К счастью, посторонние, пока что, сидели по избам – ещё даже первые петухи пропеть не успели.

Только, не мельник.

Скорчившись под толстым стволом поваленного бурей дерева, попаданка попыталась, как можно лучше спрятаться между могучих корней, облепленных грязью.

Забившись в самую глубь крошечной пещерки, образованной выворотнем, девушка молила богов о том, чтобы опасный человек прошел мимо и её не заметил.

Мельник показался Алёне крайне несимпатичным, страшным типом. Теперь она прекрасно понимала, почему та, прежняя Алёнка, так боялась отца Василько и Антипки.

Толстый, весь какой-то округлый, широколицый и скуластый, точно степняк, мохнатый по всему телу – через распахнутый, чуть ли не до пупа, ворот рубахи, отчетливо просматривалась буйная, курчавая поросль черной масти, Онуфриев быстро передвигался на крепких, слегка кривых в коленях, ногах.

Двигался мельник осторожно, можно даже сказать, вкрадчиво, широко раздувая ноздри широкого, слегка приплюснутого, носа.

– К реке поспешает. – догадалась Алёна-Алёнка, крепко вцепившись руками в собственную косу. – Видать, допросил мальца и Кольша, спужавшись, ему всё и выложил, как на духу.

Попаданка похвалила себя за то, что, опасаясь за благополучие мальчика, ничего Кольше о собственных планах не сказала.

Мельник, гулко бухая ножищами, ловко запрыгнул на древесный ствол и замер.