Гуси-лебеди. Хозяйка Дремучего леса

Как в избу попала, не помнила девушка, но рыдала взахлеб, про родителей погибших все леснику рассказала, похоронить просила по обычаю людскому. Монету – серебрушку на стол, выскобленный до блеска, положила. Про Онуфриевых промолчала – зачем хорошего человека под монастырь подводить? Не по зубам разбойная семейка Тит Михайловичу. Он про то и сам ведал.

Еще одно дельце попаданка сделала, как Алёнка из Рябиновки. Кстати, и полное имя свое узнала заодно – Алёнка, дочь Прокопия Васильева, торгового человека.

Грамотку она написала дарственную и подарила избу родительскую, со всем добром, семейству Белкиных.

Лесник сокрушался, головой качал, но грамотку прибрал, обещаясь старосте укорот дать и права Белкиных, на подаренное им имущество, защитить. И родителей Алёнкиных обещал похоронить достойно, за счет общины, для которой они много чего хорошего сделали, а серебрушку, Алёнкой оставленную, поклялся в храм Старых богов отнести и жрецу отдать, дабы тот молился за безвинно убиенных.

К тому же, Тит Михайлович клятвенно заверил сироту в том, что отпишет боярину про лихих людей, что позволяют себе в лесах заповедных своевольничать и людишек истреблять, почем зря.

Пожелал лесничий Алёнке доброго пути и проводил за ворота, сокрушаясь, что, мол, негоже, девице молодой, да в дальний путь и без сопровождения.

Сама же Аленка объяснила поступок свой странный тем, что к брату в город идет. Мол, берут ее на двор боярский, помощницей стряпухи. Хорошая должность, хлебная.

При таком раскладе, изба в Рябиновке ей ни к чему.

Лесник поверил или, сделал вид, что поверил – Алёне все равно было. Главное, чтобы Белку и её многочисленное потомство не обидели.

Сама, управившись с делами, к реке пошла, а лесник остался, подслеповатыми глазами всматриваясь в грамотку, написанную на небольшом листке серой, плохого качества, бумаги. Удивительное дело, но, как оказалось, Алёнка отлично умела читать, считать и писать красивым, мелким почерком.

Как понимала попаданка-вселенка, отец научил. Купцу-то, без подобного умения, куда? Торговать, уж точно, неуместно – вмиг обдерут, как медведь липку.

До реки, Алёнка, то есть Алёна Дмитриевна, шла ходко, но особо не спешила, да и приличный вес упитанной Агаты, умостившейся в холщовой сумке, прибавки в скорости не способствовал. Жаба помалкивала, да и сама девушка, пребывающая в расстроенных чувствах, в данный момент в собеседнике не нуждалась.