Босиком по битым стеклам 2. Арлиэлла. Опасные тропы Ангоры

Ветви трещали так, словно через подлесок ломилось стадо кабанов и несчастная маркиза, если бы могла, то сжалась в комок – кого ещё Тёмный принес ей на погибель? Ой, не надо – ей вполне комфортно висится здесь, между небом и землёй, в относительной безопасности, далеко от зубастой пасти!

– Надо же! – голос говорившего показался измученной Лионелле музыкой небесных сфер – Кракен! Болотный кракен! Неожиданная находка! Мне говорили, что они давным-давно вымерли!

– Реликт, ваше высочество – второй голос, более юный, но, такой же, мелодичный, заставил Лионеллу шире раскрыть глаза и вознести Аме горячую благодарственную молитву.

– Однако – Синтариэль, несомненно, сразу же, заметил некую фигуру, зависшую аккурат над зубастой пастью – Бедняга проголодался. Мы помешали чьему-то ужину, мой дорогой друг.

Голубой Мотылёк, поражаясь самообладанию принца, с содроганием и оторопью взирал на гигантскую особь болотного хищника, коего полагал давно вымершим и от того – не существующим.

– Так и есть, ваше высочество – Альсид с удовольствием пялился на две стройные женские ножки, обтянутые чулочками, грязными, правда, но тонкими и шелковыми – Девица, мой господин, как есть – человечка юных лет! Весьма крикливая и, несомненно, происходящая из хорошего рода – а, то! В том Голубому Мотыльку было трудно ошибиться – ни крестьянки, ни горожанки, ни зажиточные купчихи таких дорогих чулок не носили. Не положено – ни по статусу, ни по достатку.

Аристократка, сразу видно и в документы заглядывать не пришлось.

– Н-да! – озадаченно произнес принц, а кракен, между тем, обеспокоенно завозившись, подтянул щупальца ближе к себе, точно опасаясь, что парочка ушастых пришельцев оттопчут его драгоценные конечности.

Правильно, вообще-то, опасался – кракенов эльфы терпеть не могли.

Во-первых – те, хоть и являлись вполне себе, живыми существами, а не созданиями некромагов, тем не менее, созданиями были погаными и поганили всё вокруг себя, уничтожая леса, заболачивая равнины и превращая реки и озера в зловонные водоемы, полные мерзкой слизи.

Во-вторых – кракен покусился на жизнь лешего, пусть и нечисти, но нечисти полезной, с лесом сосуществующей мирно, а потому, требующей защиты и покровительства.

В-третьих – девчонка, которую чуть не сожрал кракен, дщерь человеческая, пусть и слишком шумная, по мнению царственного эльфа.