Три опалённых грозою года

Сильно разбавленный красный нанесла на веки мужчины – и его взгляд из страстного стал больным, усталым и воспалённым. Последний штрих… на белой рубашке своего героя Анжи нарисовала неправильной формы красное пятно. Форма получилась некрасивой, странной, и Анжеле пришлось поработать, чтобы превратить его в звезду – след от Портала Смерти.

Картина лежала перед ней почти готовая, и Анжела увидела, что её творение чудовищно. Хотелось всё порвать и выбросить за окно, но сил не хватило. Девушка опустила голову на руки и провалилась в сон без сновидений.

Её разбудил отец-художник ласковым прикосновением к плечу. Анжи обернулась, протирая глаза.

– Анжи… – тихо сказал отец, – это лучшая твоя работа. Ты разрешишь мне выставить её на продажу в своей студии?

Конечно, девушка разрешила. Отец унёс картину, и Анжела забыла о её существовании – хватало других дел. Спустя два дня состоялись похороны Рида.

Хоронили пустой гроб – тело Риделла навсегда сгинуло в портале. Церемония проходила на кладбище для членов Магического Совета, и Анжела не представляла, какими правдами и неправдами Уэверли добился погребения нерадивого ученика здесь.

Неизвестный художник необычайно реалистично изобразил большую семью. Они все улыбались: молодая мать в голубом платке, широкоплечий отец, дети – малыши от двух до тринадцати лет, с каштановыми волосами и блестящими тёмно-зелёными глазами.

– Семья, которой у него никогда не было, – услышала Анжела и обернулась. Перед ней стоял магистр Лэдлек. От преподавателя несло дешевой выпивкой, он постоянно вытирал глаза платочком.

– Они очень красивые, – тихо сказала Анжи.

– Да, магистр Уэверли воссоздал их в памяти и мысленно передал художнику. О боги, – Лэдлек содрогнулся, – бедный Рид, и зачем я ему сказал…

– Что сказали? – с нажимом спросила девушка.

– Он маг не по случайности, не по праву рождения. Чтобы стать магом, нужен ритуал и кровавая жертва, а ещё те, у кого можно магию забрать. Уэверли убил родителей, братьев и сестёр Рида, чтобы малыш стал самым сильным магом тысячелетия.

Анжи ахнула. Она обернулась и окинула взглядом скорбящих сокурсников Рида: высоких и серьёзных юношей в аккуратных черных рубашках.