Кадриль с выходом, или Проклятущий принц

Взяла одно.

– Не ешь! – послышалось за спиной.

– Что? – она обернулась. – Почему?

Айн всё ещё стоял, привалившись к подоконнику и скрестив руки на груди:

– Я видел, как Савка колдовала над ними. Не удивлюсь, если отравлены.

Юлянка с сожалением вернула пирожное на блюдце. Раз призрак заметил что-то подозрительное, лучше не рисковать. Она прошлась по комнате, рассуждая вслух:

– Ты не знаешь, отравлены они или нет?

– Я знаю Савку. Она просто так не потащится на кухню. Что-то задумала.

– У других девушек тоже могут оказаться подозрительные пирожные?

– До других мне дела нет.

– Как? – Юлянка возмущённо стиснула кулаки. – А если и правда… если…

Он не договорила, бросилась из комнаты, вслед ей полетела фраза: «Вот заполошная!»

7. Спасение отравляемых дело рук самих отравляемых

В коридоре едва не столкнулась с Белеттой, у той в руках была чашка с чаем и блюдце с пирожными.

– Я как раз к тебе иду, – с улыбкой сообщила ведьмочка, – не хочу одна трапезничать.

– Выбрось! Они могут быть отравлены.

– Да? – Белетта сощурилась: – То-то я чувствую магический фон, решила, что вкус подправили, чтобы сахара было меньше, а казалось сладким.

Юлянка поскребла ногтями шею, где успела наметиться надоедливая сыпь, и с сомнением сказала:

– На всякий случай, давай не будем их есть. Наших предупреди, а я побегу к принцессам.

Не дожидаясь реакции подруги, она устремилась к лестнице на третий этаж. Свернув за угол, зашептала летящему следом Айну – тот успел обернуться зверьком:

– Веди, я не знаю дороги.

– Зря ты… – ворчал спутник. – Не стоит помогать соперницам.

– Смерти им желать прикажешь? – девушка запыхалась, но тон её оставался колючим.

– Савка не решится на убийство… Не во дворце! Так, навредить, но без особых последствий.

Юлянка сбавила шаг:

– Что значит, без последствий? Как навредить?

– Ослепить на время, чтобы девушка не могла на балу хорошо показаться. Или слуха лишить. Без музыки танцевать трудно.

– Ей-то зачем?

– Злая.

Вот так объяснение! Неведомая Савка в отборе не участвует, устранять принцесс она может лишь в чью-то пользу. Вот в чью? Выяснения пришлось отложить, впереди показалась арка, ведущая к выделенной иностранным высочествам части крыла. Дорогу перегородил дородный охранник.

– Прошу простить, госпожа, не могу пропустить. – Серьёзное лицо мужчины показывало, что уговорить его не получится.

Юлянка стояла, потирая зудящую шею, и вглядывалась за спину охранника.