Практическая психология. Книга 2. Герцог

Нужно за ним проследить, покорный Иверт был так необычен, что ей вдруг захотелось подойти и ткнуть его пальцем. Виктория захихикала про себя, представив, как это будет выглядеть со стороны.

– Значит, этот план и возьмем за основу, – спокойно произнес конт, кивком приказывая Берту налить всем вина. – За успех этого безнадежного дела!

Глава 3

Что есть любовь горянки гордой?

Мечта, обман, разочарованье?

Иль, может быть, она услада для взора нежного?

Не верь красавице надменной, мой пылкий юноша!

Беги! Обман ее любовь и верность.

Лишь только пепел вместо сердца останется в твоей груди…

    Написано на полях «Песни Жития», автор неизвестен

Дальше разговор пошел легко, и через рыску Виктория наконец-то отправилась знакомиться со своим «подарком». За ней молчаливой тенью следовал Иверт, и от этого становилось спокойнее. Она так привыкла к его присутствию за эти дни, что ощущала игуша кожей, чутко реагируя даже на малейшее изменение расстояния между ними. Слух и обоняние у нового тела были намного выше, чем когда-то у Виктории.

Встретил их Саника. Раб низко поклонился и взмахом руки показал на комнату, у двери которой застыл воин.

– Как она? – поинтересовался конт.

– Кто? – не понял вопроса раб.

– Девушка, которую охраняет воин.

– Девушка? – Саника явно не понимал, о ком речь. – Какая девушка? Воины принесли от вас парня.

– Ты уверен? – о каком парне может быть речь, когда Кэп ясно сказал, что принцесса, и что везли ее в гарем? Ничего не понимаю! – Ты точно знаешь, что это парень? Видел его без штанов?

– Без штанов не видел.

Виктория почувствовала обиду и разочарование. Алвис издевается? Намекает на что-то? Ну погоди… Дай только до тебя добраться, шутник… Сзади захрюкал Иверт, Виктория резко обернулась. Игуш стоял, зажав рот двумя руками и выпучив от смеха глаза. Наконец он не выдержал и захохотал в голос, привалившись к стене.

– Принцесса-а-а! Девственница-а-а! Ха-ха! Красавица-а-а! Что я с нею делать буду? – захлебывался он смехом.

Конт хмуро смотрел на веселящегося Иверта. Он насупился, прикусил губу, а потом заржал следом. Со стороны это действительно выглядело смешно. А еще, пока они заходились смехом, перебрасываясь похабными шуточками по поводу применения принцессы, Виктория вдруг очень четко осознала, что ей всего лишь двадцать четыре года! Всего двадцать четыре! И Иверт был не старше.