Диктатура Евы

– Я поговорю с Марлином, попрошу выделить паладина, но лучше вам среди местных поискать, – вздохнул маркиз. – Последний конфликт изрядно проредил наши ряды.

– Среди местной знати вряд ли найдется древняя кровь, – без улыбки возразил секретарь.

Он все время молчал, как и Ева, что-то чиркая на листке бумаги. Сидел далековато, и девушке никак не удавалось рассмотреть, что именно он записывает, но, судя по резким, коротким движениям руки, мужчина рисовал схему.

– Одного таля удержать сможет даже разбавленная кровь.

– А сколько мог удержать мой супруг? – невинно поинтересовалась Ева, чтобы понимать разбежку сил.

– В бою до полусотни, однако недолго, – ответил Буш. – Поэтому он предпочитал призывать не больше десятка, зато сильных. Или одного, но гиганта…

Все непроизвольно поежились. Видно, гигант был чем-то невообразимо страшным. Знать бы еще чем… А тот зеленый птиц, который сопровождал Еву на встречу с мужем, и которому она дала обещание, какой силы? Как бы уточнить…

– Где я могу прочесть про градацию силы талей?

– Зачем вам это? – удивился маркиз.

– Откуда вы знаете?

– Что именно? – Маркиз снисходительно посмотрел на Еву. – Что среди женщин нет заклинателей? За всю историю ни разу никто не заявлял о желании даже попробовать. Максимум, на что были способны аристократки из древних семей, это на призыв домового духа, да и это со временем исчезло. Шата Ева, каждый призыв – боль и напряжение сил.

Мужчины! А договориться по-хорошему они не пробовали? Все бы подчинять, ломать, сковывать… Но о своих мыслях она пока промолчит. Нужно разобраться… Вдруг тали – жуткие неконтролируемые создания и ее обещание помочь одному из них еще аукнется… Как же мало действительно нужных знаний в голове Евы! Вот зачем ей знать и помнить молитвы на каждый день местной девятидневной недели? Лучше бы что-то полезное вспомнила! Кстати, недели здесь тоже считались забавно – девять рабочих дней и один выходной, который как бы выпадал из календаря.

– А среди опальных аристократов? – продолжила разговор Ева, вспомнив историю своего мира. – Если предложить им помилование за службу в крепости?

На нее посмотрели с удивлением и непониманием.