Диктатура Евы

Или она похудела за время болезни, или шилось на вырост… Зато кожаные молочного цвета туфли с тупыми носами и большими медными пряжками сели как влитые. И даже не жали, что тоже порадовало. Волосы Гленна тщательно расчесала и собрала в косу, которую закрутила на затылке, скрепив обычными на вид черными шпильками. И никаких украшений.

– Бледная вы очень, – вздохнула по-бабьи горничная. – Кожа насквозь светится.

– Ничего, кости есть, а мясо нарастет. Проводи меня в столовую.

Шли они недолго, буквально несколько минут, Ева даже осмотреться не успела, все, что увидела – это широкий коридор, в котором могли бы разминуться четверо, каменные стены, узкие окна-бойницы да дощатый пол.

Дверь в столовую была распахнута, и первое, что Ева услышала, это смех. Она придержала Гленну рукой за плечо и прислушалась.

– Маркиз, неужели вы в это верите? – весело спрашивал звонкий женский голос.

– Магистр Марлен уверен, что Еву отравили, а кто я такой, чтобы сомневаться в его словах? – спокойно отвечал маркиз Ридверт.

 – И вы, милая баронесса Шатари, первая подозреваемая, – иронично закончил он.

– Зачем мне это? Мне наличие герцогини абсолютно не мешает.

– До тех пор, пока у Вейна не появится законный наследник.

Как любопытно, однако…

– Вы ведь видели, в чем хоронили ее светлость? – Ехидство в голосе невидимой баронессы можно было разливать в стаканы. – Невинный цветочек. Не думаю, что в ближайшие годы мне что-то угрожает, а там… Насколько я знаю, в роду его величества признают бастардов, не так ли, маркиз Ридверт?

– Все именно так, – холодно процедил маркиз.

О, как интересно… И кто же у нас бастард? До чего наглая баба! Но умная. И хитрая. И явно в интригах разбирается лучше Евы. Присмотримся, а потом решим.

Ева нацепила на лицо маску довольного жизнью человека и решительно шагнула в распахнутые двери.

– Сюрприз!

Кажется, ее не поняли, кажется, здесь это слово имеет другой смысл. Ну, это их проблемы, не так ли?

Ева обвела взглядом длинный стол, за которым сидели мужчины и женщины, и успела заметить, как маркиз протягивает руку к небольшому треугольнику, похожему на пирамидку.

Странно, что они с баронессой так свободно болтали о вещах, которые не предназначены для чужих ушей. Или здесь это в норме?

– А вот и наша воскресшая. – Молодая женщина, сидящая рядом с маркизом, окинула Еву безразличным взглядом. – Снимайте глушилку, ваша милость.

– Уже, – Йерк спрятал треугольник в карман и поднялся, приветствуя Еву.