Зов ветра

Поезд дернулся и покатил, медленно набирая скорость. За окном поползли дома, складские постройки, за которыми виднелись высотки города, как что-то инородное, не вписывающееся в общий пейзаж, словно, пришедшее сюда из другого мира.

Наши попутчики уселись на противоположную от нас с Пашкой полку, и принялись расточать нам улыбки. Я бы их оценила, как ехидные. Но, возможности подискутировать на эту тему с другом, у меня не было. Поулыбавшись так минуты три, старший заговорил. Голос у него был вкрадчивым, обволакивающим, просачивающимся в самый мозг.

– Ну, что… давайте знакомиться?

Я с готовностью растянула губы в улыбке, чтобы не оставаться в долгу, и промурлыкала:

– Давайте… – И уставилась на наших новых соседей, не собираясь первой начинать новое знакомство.

Молодой, чуть усмехнулся, глядя на меня, но ничего не сказал. А старший продолжил петь:

– Меня зовут Аристарх Евгеньевич Крестов… – Я чуть опять не присвистнула, второй раз за последний час, а Пашка тихо икнул. Новый «знакомый» произнес свое имя так многозначительно, как будто, мы должны были от счастья упасть немедленно в обморок, или, по крайней мере, восторженно заахать, хлопать в ладоши от восторга, и начать кланяться.

Мы с Пашкой переглянулись. В его глазах был вопрос, на что я едва пожала плечами. Ни звучное имя, ни фамилия этого гражданина нам ни о чем не говорила. Знать не знали, и слышать не слышали. Наша реакция его слегка разочаровала, но вида он не подал. Умел дядька себя в руках держать. И он, как ни в чем небывало, продолжил:

– А это, – он указал кивком головы на своего спутника, – Валдис, Валдис Янсонс, мой надежный помощник и друг.

Еще не легче…! «Надежный друг» криво усмехнулся, а я подумала, что он больше похож на крутого охранника, нежели на «друга». Но, по понятным причинам, высказываться на этот счет не стала. А «помощник и друг» насмешливо проговорил, глядя, на слегка ошалевшие от эдакого соцветия, наши физиономии.

– Можете звать меня Володя, если вам трудно выговаривать мое имя…

Пашка вдруг очнулся от своего столбняка, перестал икать, и проблеял:

– Володя, значит Вова…? – Как-то чувствовалось, что имена наших попутчиков его совсем добили, и он сидел в легкой прострации, утрачивая с каждой минутой связь с реальностью.

Уж лучше бы он продолжал и дальше изображать из себя суслика у норы. Я чуть не расхохоталась в голос. Ага, Вова… Он такой же «Вова», как я Атауальпа[1 - Атауальпа – Знаменитый вождь инков, плененный Писарро.].