Печаль моя светла

На дорожке показалась нагруженная сумками с продуктами Маша. Она остановилась возле них, чтобы поздороваться и передохнуть.

– А вы не знаете, Валентина Дмитриевна дома или куда-то ушла? – спросила Вика Марию.

– А кто ж ее знает, – ответила запыхавшаяся Маша. – Вчера вечером дома была, наш Федор Григорьевич чаевничать к ней заходил. – Она всегда называла его «наш», очевидно, в знак признательности и благодарности приютившему их одинокому старику.

– Валентина Дмитриевнааа, – закричала Вика, направляя свою звуковую волну вверх, чтобы та, обогнув ограждения, достигла-таки своего назначения.

 – Валентина Дмитриевна, откройте, пожалуйста.

– Пойдем, Вика, ее явно нет дома, – потянула ее за рукав Ольга Арнольдовна. – Попозже зайдем. Может это и к лучшему.

Вика и сама уже понимала, что им никто не откроет, а Валентина Дмитриевна могла уйти по делам в город или с инспекцией по участкам. Однако терять боевой настрой не хотелось, а откладывание решения этого вопроса на потом могло и вовсе привести к снятию его с повестки, поэтому она в последней надежде побарабанила ладонью по металлической поверхности калитки, которая от шлепков завибрировала, приоткрывая щель.

Стало понятно, что дверь не заперта, и Вика воодушевилась.

– Так открыто же, оказывается! – воскликнула она. – Значит, Валентина Дмитриевна дома. Может, в глубь участка зашла и не слышит. – Вика осторожно шагнула во двор и стала оглядываться по сторонам. – Валентина Дмитриевна, вы где?

Маша пошла своей дорогой, а Ольга Арнольдовна зашла вслед за Викой.

Председательницы нигде не наблюдалась, и они подошли ближе к дому. Входная дверь была открыта нараспашку, открывая взору две пары калош и выходные ботиночки Валентины Дмитриевны.

– Странно, судя по всему она дома, вон и обувь на месте. Почему не выходит тогда? Спит что ли? – Вика растерянно поднималась на крылечко. – Валентина Дмитриевна, вы дома?

– Пойдем отсюда, – внезапно засобиралась нахмурившаяся Ольга Арнольдовна.

 – Может она забыла запереть, а мы с тобой тут ходим без хозяйки. К тому же женщина она резкая, накричит и вывернет наизнанку любое безобидное действие.

– А вдруг ей плохо стало? Давайте уж проверим, раз пришли, – возразила Вика. – Мы же вдвоем здесь и ничего противозаконного не делаем.

Вика прошла внутрь, и Ольге Арнольдовне пришлось снова зайти следом за ней. После яркого уличного света разглядеть что-то в полумраке было сложно.