Однажды в Одессе

Полуподвальное помещение с длинными деревянными столами и лавками, залитое густым сизым туманом не очень понравилось малопьющей и совсем не курящей Ольге. Она ждала чего-то другого, не понимая конкретно чего, но только ни обычной прокуренной пивнушки. Однако вслух разочарования высказывать не стала, дабы не портить общей благостной картины одесского восприятия. После первой кружки пенного пива перед мысленным взором, задыхаясь и кашляя в табачном дыму, стали появляться смутные образы давно живших героев, полугероев и вообще, законченных негодяев, любивших пропустить в «Гамбринусе» кружечку другую хмельного напитка и побалакать о делах праведных.

– Хорошо сидим, – отметила Света.

– Еще бы! – согласилась разомлевшая Оля.

Спору нет, Одесса их баловала.

Но через положенное время Оля начала тихо сомневаться, а правильно ли она сделала, что выпила 50 литров (так ей, во всяком случае, уже казалось) тёмного пива с солодом и хмелем? Хотя наличие в пиве двух последних компонентов не сильно отражалось на картине внутреннего дискомфорта.

Пока Оля сомневалась молча, не влезая с сомнениями в общую благостную картину одесского восприятия.

А молодой человек, чуть развязав язык с помощью всё того же коварного пива, вызвался осчастливить заезжих дам еще и пешей экскурсией по городу. Предложение было воспринято с радостью. Но одной Светланой. Влюблённая в город зелёноглазая экскурсантка вяло реагировала на призывы добровольного гида «посмотреть налево», «посмотреть направо».

Оля жалобным взглядом рыскала по округе и временами искала сочувствия и понимания в Светкином взоре. Но не находила его. Подруга проявляла искреннюю заинтересованность в окружающих достопримечательностях, и видимых признаков беспокойства выпитое пиво «от Гамбринуса» в ней почему-то не вызывало.

Слыша, как тёмное пиво булькает уже в горле, ища хоть какого-нибудь выхода, Оля решилась отвлечь внимание подруги вопросом:

Свет, ты мне ничего не хочешь сказать?

Света сильно удивилась загадочному вопросу, подумала с полсекунды, и нашла, что сказать:

Оль, мы в Одессе, я балдею!

Я тоже, – угрюмо процедила Оля, думая совсем о другом.

Рад, что помогаю вам в этом, – влез в разговор вежливый юноша.

Прогулка по любимому городу всё никак не заканчивалась. Оля теряла последнее терпение.