Тайна Алафийского замка

Рядом с горой битой посуды застыл Марик. Он присел и провел рукой над осколками.

– Ну ты даешь, и как теперь все это исправить? – Он поднял голову и посмотрел на сжавшуюся и, кажется, ставшую ниже ростом Нору.

Марик уже не раз спасал Нору от неприятностей, исправлял выплески ее импульсивного характера: склеивал разбитые вазы, собирал разбросанные книги, закидывал маленькие пожары комочками снега. Он пока умел создавать только такие снежки и всегда находил выход, но сейчас стоял над горой битой посуды и растерянно почесывал затылок.

– Нора вечно так, натворит, а нам расхлебывать, – посыпались со всех сторон гневные выкрики, – вот пусть сама теперь и объясняет Азалии Мстиславовне, как это случилось.

– Надоело уже получать наказания за ее выходки! – В классе поднялся шум. – Пусть теперь тащит сюда из своего мира хваленый “три д” принтер и восстанавливает посуду.

Громко хлопнула входная дверь.

– Что здесь происходит? – В классе появилась Азалия Мстиславовна.  По плечам ее форменного синего платья рассыпались отросшие белые кудряшки.

Она осмотрела помещение сквозь очки, сощурив и без того узкие глаза. С порога учительница мазнула взглядом по Ивану, словно проверяла, на месте ли он.

“Дозорные” Иван и Михась отвлеклись и не увидели, когда учительница проскочила по аллее и вошла в аудиторию. Первыми ее заметили сидящие за первыми партами и стали успокаиваться. Эвелин выглянула в окно. На низкой лавочке в тени деревьев сидел сомхус, телохранитель Ивана, Лазореус Мицериус Маркус Верный.

Эвелин выучила его имя во время каникул и почти гордилась этим. Его трехпалые руки покоились на коленях, а подбородок упал на грудь. Черные волосы прикрыли лицо. Он, кажется, дремал. Что ж, значит, все в порядке и беспокоиться не о чем.

В комнате наступила тишина.

– Наша Нора снова мечтает о богатом муже. – не удержалась Эвелин от колкого замечания. В ответ она получила не менее “приятный” взгляд одноклассницы.

– А что в этом плохого? – Нора присела на место, с вызовом посмотрела на Эвелин и перевела взгляд на учительницу.

 – Да, я хочу выйти замуж за богатого могущественного мага и сделаю это. – Она положила перед собой сжатые кулаки и уперлась в них взглядом.

Марик побледнел и закусил нижнюю губу. Он наклонил голову, присел и взял в руки осколок хрустального бокала.

– А это что? – Азалия Мстиславовна увидела гору битой посуды, а рядом чуть поменьше пирамидку из столовых приборов. Сквозь смуглую кожу на ее лице проступили красные пятна.