В поисках любви

 – Но других нет, давай попробуем расплатиться этими.

Она протянула продавцу несколько монет, он улыбнулся, выбрал нужные и послал девушкам воздушный поцелуй. Теперь подруги уже не чувствовали себя не в своей тарелке, как когда были без масок.

– Костюмы все равно у всех разные, – сказала Катя, – может, и наша одежда сойдёт. Кому какое дело.

Они стояли близко на берегу канала, и в это время к ним подплыла гондола. Там сидели двое молодых людей в камзолах, париках и шляпах на голове.

– Милые дамы, не желаете ли с нами покататься? – галантно спросил один из них.

Его лицо было скрыто под маской, а через прорези были видны чёрные, жгучие глаза. Он говорил по-итальянски, но Катя со Светой почему-то его понимали. Они переглянулись между собой.

– Давай покатаемся с ними, – умоляюще сказала Светлана, – мы же хотели на гондолах, но не успели. А завтра улетаем уже.

– Ну давай, конечно. Тем более они, похоже, не опасные, – согласилась Катя.

– С большим удовольствием, – ответила Света молодому человеку и тот протянул руку, чтобы помочь ей войти в лодку.

К своему удивлению она, кажется, говорила по-итальянски. По крайней мере с её губ слетали незнакомые слова, но она понимала и себя, и то, что говорили эти мужчины.

«Чудеса какие-то, – пронеслось в голове Светланы, – может, я сплю, и все это происходит со мной во сне?»

Она попыталась себя ущипнуть, но через длинный рукав блузки это как-то не чувствовалось.

«Наверное, сплю», – решила девушка.

Друг её кавалера тут же подскочил к Кате и тоже предложил ей свою руку.

Это было так приятно и романтично, что девочки сразу прониклись симпатией к этим приятным мужчинам.

– Меня зовут Джакомо Казанова, – галантно представился черноглазый парень. – А это мой большой друг Доменико Скарлатти.

– Казанова? – переспросила Светлана. – Скажите, а вы не потомок того Казановы, который жил в XVIII веке?

– Были у меня предки по имени Джакомо, – ответил Казанова, – это очень распространенное у нас имя.

Но почему в XVIII веке? Сейчас 1765 год, век и так XVIII-й.

– Как XVIII-й? Ведь ещё утром был XXI-й! – невольно воскликнула Катя, тоже на итальянском. Она решила, что все это шутка. Раз праздник, карнавал, все дурачатся.

«Ладно, поддержим и мы эту шутку, – решила она. – Но почему я говорю по-итальянски? Непонятно».

Тем не менее, она решила провести эту ночь, не думая ни о чём: ни о том, какой сейчас век, ни о том, что творится вокруг.