Краски. Путь домой. Часть 5

– Нет, папа, мы ждем Кена и Сабрину Картеров, они поженились за месяц до нас сразу после окончания школы, помнишь? – В четвертый раз сообщала она, а собеседник лишь посмеивался над своей чудесной шуткой.

Белоснежный французский фарфор встал на темной обеденной столешнице, ожидая в компанию отполированное столовое серебро. Мелани выставила натертые стаканы и блестящую салфетницу, а когда потянулась за изящной солонкой, поймала на себе печальный взгляд отца.

– В чем дело, пап? – Поинтересовалась она, замечавшая все чаще на его лице вымученную ностальгическую улыбку.

– Ты так похожа на маму, Мелани, – проговорил он с любовью в голосе. – Она так же накрывала на стол, ожидая гостей. Мы очень часто их принимали до твоего рождения. Офелия следила, кто что надел, как убрался в отведенной ему зоне, насколько ровно постелил коврик у дверей. Ей так важны были мелочи, она безотрывно осматривала дом в поисках дел, а я при этом смотрел на нее. Она очень красивая, прямо как ты.

Еще полгода назад Мелани сочла бы последнюю фразу худшим комплиментом, но сейчас, видя бесконечную любовь в глазах отца, она лишь мягко улыбнулась и присела к задумчивому родителю.

– Ты соскучился по маме, да? – Догадалась женщина. – Позвони ей!

– О, нет, ни за что, – замахал руками родитель. – И тут дело даже не в ущемленной гордости, а в том, чтобы не мешать ей жить своей жизнью, о которой она всегда мечтала. Мне иногда было очень больно наблюдать, насколько обязывающей была для нее семья.

Редко, когда ее рабочие дела шли из рук вон плохо, она видела в нас причину, почему у нее ничего не получается. В такие моменты я больше всего переживал, чтобы Нил не почувствовал себя ненужным, как я. Вы с Эммой всегда находили себе занятия, чтобы умаслить маму, а мы с Нилом маялись бездельем, это было безопасней всего, когда она гневалась. Но, очевидно, справился я плохо.

– Ты справлялся, как мог, – не согласилась дочь. – Как и мы все. И нет ничьей вины, что все рассыпалось.

– Знаешь, Мелани, а я ведь ни разу не был у него с самых похорон, – задумчиво протянул отец. – Как ты думаешь, мы сможем найти его после стольких лет?

Мороз пробежал по позвоночнику женщины от одной мысли о кладбище. В голове возникла картинка с серыми надгробиями, людьми в черных одеяниях и бледным лицом брата, упакованного посмертно в красивый костюм-тройку. Задавив внутри закрытые эмоции, женщина проглотила ком в горле и оставила вопрос без ответа.