Краски. Логово дракона. Часть 3

Ему дали шесть лет за непреднамеренное убийство Гленна Миллера.

Только тут Дениэл понял, что родители Марка выглядят совсем плохо, еще хуже, чем его мать. За то время, что он не видел их, они постарели на четверть века.

– Как можно не рассчитать сил, мистер Фишер? – Изумился гость.

– Возле бара с одного удара, как рассказала Трикси в суде. Он пошел на крик и там, возле мусорных баков, нашел их. Видимо, очень сильно разозлился, ты же знаешь Марка, – поставил его в известность отец друга.

– Невероятно.

Уроженец городка едва помнил заносчивого Гленна, будучи лет на семь его младше, по тому еще в школьные годы Дениэла плакала тюрьма. Неуважительный и безнаказанный, он упивался чувством вседозволенности, будто весь мир был ему обязан, отчего часто изгонялся из баров и дворов, где за бутылкой заседали те, кому не хватило места в пивных заведениях. Вероятно, город лишился руками Марка не самого лучшего своего мужа, туда ему и дорога.

Когда мужчины вошли в знакомую с юных лет кухню, мать заключенного уже спрятала подальше свои эмоции и поставила на плиту тот самый чайник со свистком, при виде которого Дениэл не смог не усмехнуться. Они с хозяином дома разместились вокруг стола, позволяя Марте хлопотать с чайным сервизом.

– Как ты сам? – Вопрошала она, расставляя посуду и тарелочки с джемом по столу. – Давно у нас? Надолго?

– Я только приехал, миссис Фишер, – доложил ответчик и добавил хмуро: – но, видимо, уже уезжаю.

– Сара? – Без слов поняла Марта, а, получив согласный кивок, воскликнула с чувством: – Останься у нас! У тебя есть еще отпуск? Что же я такое спрашиваю, конечно, есть, ты ведь только приехал. Мы будем очень рады, если ты скрасишь наше одиночество, правда, Колин?

Директор школы кивнул, и визитер невольно расплылся в застенчивой улыбке.

03

Дениэл оставил вещи у Фишеров и, пообещав вернуться вечером, отправился проведать своего второго друга, безалаберного весельчака Стивена Роджерса.

Дверь их старой конуры открыла его мать, Аманда. Она совсем не изменилась за годы разлуки: все та же суховатая резкая женщина с удлиненным светлым каре, зажелченной от никотина кожей и скуластым мужским подбородком. Вот кого не берут ни годы, ни курево, ни смерть мужа.