Краски. Логово дракона. Часть 3

Но догадки, что оно окажется переломным для их семьи по многим вопросам и перетряхнет все привычные устои, включая личные отношения с Мелани, не покидали его седеющей головы. Значит, так тому и быть, мужчина будет учиться жить заново.

– Разве? – Беспечно осведомился он. – Мне, наверное, показалось это очевидным, милая. Дениэл ездил домой в отпуск.

– Теперь я это знаю, – сообщила Алекса с улыбкой и перевела тему на более насущную: – Я сегодня утром звонила маме.

– И как она? – Поинтересовался отец.

– Была очень рада.

Приготовила подарок на день рождения.

– Мотоцикл? – Попытался пошутить он, но девушка нахмурилась.

– Мама довольно ясно и жестко выразилась относительно этой идеи, пап, – отчеканила Алекса резко и серьезно. – Я не очень хочу больше разговаривать на эту тему, мне не нравится, когда мне обрезают крылья на мечту.

Ого, а их малышка и правда выросла! Отец внимательно смерил ее взглядом и набрал в легкие побольше воздуха, готовый к важнейшей тираде в своей жизни.

– Алекса, ты не будешь вечно на наших поучениях и запретах.

К счастью, мы с мамой можем думать о твоих мечтах все, что нам заблагорассудится, но в скором времени выбор будет только за тобой. Потому что это твоя жизнь, – указал он пальцем на полную изумления дочь, – и не нам с мамой проживать ее.

Тишина, повисшая в строгих светло-голубых стенах «башни», начала резать ухо своим оглушительным звоном. Две пары карих глаз – одни изумленные и растерянные, а вторые строгие и неуверенные в завтрашнем дне – уставились друг на друга.

«За что боролась, на то и напоролась», – подумала Алекса.

Не зря же она решилась взять на себя ответственность за свою жизнь, теперь, будь добра, разговаривай с отцом на равных, без смущения и отвода глаз.

– Мне жаль, что мы с мамой против твоей затеи, – продолжил хозяин кабинета. – А еще мне жаль, что ты не осознаешь всей опасности такого рода техники. Дениэл очень красив в седле, я не спорю, но ты – девушка, и твои функции и задачи несколько иные.

Имя парня зажгли ее лицо яркой пунцовой краской, и дочь, смущенно улыбаясь, все же отвела взгляд.

Улыбнулся и Оливер, потому что супруга оказалась права – это «его Дениэл» так «испортил» их малышку. Он умиленно смягчился и продолжил тираду.

– Но я понимаю, что упрямством ты пошла в маму, – сообщил он девушке, откуда растут ноги ее несносного характера. – И, вероятно, в будущем единственным способом сохранить с тобой отношения – будет сдаться. Но я тебе этого не говорил.