Без Определённого Места в Жизни

Всегда кому-то не достаётся номерков, на это привыкшие люди уже не реагируют. Обездоленный хнычет и падает девушке в ноги, он пытается её уговорить, потом ругает, словом один и тот же концерт, который Джонни видел сотни раз. Селина оборачивается, нервничает и пытается выйти из очереди, чтобы помочь несчастному. Джонни останавливает её за плечи, возвращает в очередь и говорит тихо на ухо:

– Это бывает почти каждый день, кому-то не хватает.

Она слегка вздрагивает в его руках и вытирает лицо руками.

– Таких столовых в городе сотни, Селина, он найдёт сегодня еду.

Всё это ужасно печально, я согласен, – продолжает он, гладя её плечи.

Наконец, она не выдерживает, оборачивается и плачет в его объятиях. Джонни обнимает её, укрывая от любопытных взглядов, как одеялом, и шепчет на ухо, что ему очень жаль, но такова уличная жизнь. К тому моменту, когда дверь столовой распахивают, она уже порядком успокаивается, и лишь припухшие слегка покрасневшие веки выдают минуту слабости.

На обед овощная баланда и макароны с подливой, яблоко и два куска хлеба.

Джонни несёт поднос к столу, за которым сидят нахмурившийся Билли и ржущий в голос Растаман. Когда они с Селиной подходят к столу, оба друга смотрят на них продолжительно, после чего переглядываются и с улыбками уходят в свои тарелки.

– Что? – не понимает юмора Джонни.

Растаман разражается новой партией гогота, доводящего его до слёз. Он утирается и хохочет, а Билли, сообщает, что они рады видеть их здесь.

– Кто этот парень в полосатой шапке? – спрашивает друга Джонни.

– Я вообще не знаю, кто все эти люди за столом рядом со мной, – улыбается ему Билли.

Спустя довольно продолжительное время смех утихает, а весельчак откашливается и может, наконец, поздороваться.

– Привет, Джонни!

– Привет! – отзывается приятель. – Куда делся наш Растаман?

– Туда же, куда делся наш Джонни! Они покинули нас, друг, дав взамен что-то более стоящее.

– Они его чем-то накачали? – интересуется он у Билли.

– Нет, Джон, он прав. Так всегда бывает, – подтверждает их молодой друг, а потом обращается к девушке: – Ты как, Селина?

– Я в порядке, понемногу вспоминаю, – отвечает она скромно.

– Вот как? Расскажешь? – удивляется её спутник.

С утра она не проронила ни слова, а он и не спросил, опрометчиво погружённый в свои мысли и чувства.

– Я ехала к отцу из Чикаго, но он не в Нью-Йорке, – сообщает Селина.

– Больше ничего?

– Всё.